– Готово, – пробормотал юноша, беря со стола банан. – Двигай.
Майкл ощутил лёгкий толчок. Пока робот двигался, юношу разве что немного укачивало. Он лег на кровать.
В голове встретились с десяток разных мыслей… Бог войны будет рад. Если Майкл и улавливал связь, с тем, почему его после смерти ведут именно к богу войны, так это должно быть из-за того, что при жизни юноша устроил на Земле целый ад. Майкл не сомневался в том, что он уже мертв. Как тогда объяснить происходящее?
Решив не думать о плохом, Майкл съел банан и тут же понял насколько он все-таки голоден. Он снова поднялся, и за каких-то несколько минут приговорил все фрукты что лежали на золотой тарелке.
Голова гудела уже не так сильно. Мысли стали проясняться. Юноша огляделся. Внутренности робота напоминали высокотехнологичную комнату, где каждая деталь была выполнена из чистейшего золота. Все детали двигались и наползали друг на друга и создавалось впечатление, что комната словно улучшенная версия кубик-рубика. Было удивительным, ведь этот металл добывался на далёкой планете, и стоило это очень больших трудов. Затрат на добычу уходило столько, что добыча золота абсолютно не окупалась.
Майкл сел на кровать и посмотрел на свои руки. Худые, слабые. Вроде бы, в них когда-то теплилась мощь, благодаря которой он был способен гасить звезды.
Внезапно Змей качнулся и Майкла вырвало. Все что недавно было съедено, теперь большим узором украшало центр комнаты.
Проклятье, подумал парень, поднимаясь и снова ложась на постель.
– Через сколько мы будем? – еле слышно пробормотал юноша, кладя холодную ладонь себе на лоб.
К своему удивлению Змей его услышал.
– Через шесть тысяч толчков.
– Ты можешь нормально сказать? – Майкл прямо почувствовал, как робот пожал плечами.
– Через десять минут, последний человек, – ответил тот.
Последний человек? – уныло пронеслось в голове у юноши, но он был слишком измотан чтобы дальше думать об этом. Вместо этого он почесал ногу и услышал явно посторонний треск. Его брюки порвались, а под ними подобно тонкой бумаге разорвалась и кожа, разойдясь на две неровные части. Майкл вскрикнул, ожидая увидеть целый поток крови, но разглядел лишь бледновато-розовое мясо, которое напомнило ему тушку полумертвой рыбы, которую жарила на костре Диана
– Тут есть одежда, – прогудел голос Змея. – Переоденься.
Значит помимо микрофона здесь есть ещё и камера, подумал человек, пытаясь прижать ладонью кожу на ноге, что бы та дальше не дала трещину. Видимо тело было настолько истощённо и иссушено, что Майкл еще немного и развалился бы на части.
Одна из золотых стен отъехала в сторону, и Майкл, обернувшись, увидел гардероб. Ему не хотелось вставать, но робот открыл ещё одну потайную дверь, за которой юноша разглядел душ.
А это уже хорошая идея, подумал Майкл, морщась от своего запаха. Он стал понимать, что силы, которыми он управлял, как мышцами, больше ему не поддаются, и поэтому все обычные чувства стали возвращаться. Жёстко, неумолимо, одновременно. В том числе обоняние.
Майкл не раздеваясь полез под душ. Его обдало холодной водой, парень сжался, но он был не против. Холод приводил в чувства. Затем полилась теплая вода. Старая одежда растворялась прямо на нем. Парень держался руками о стенки душевой кабины, чтобы не упасть. Робот двигался плавно и грациозно, несмотря на ямы и ухабы по пути, и Майкл, глядя в маленькое окошко, которое было встроено в стену, понял, что шатает лишь его самого. Его трясло.
Ощущение холода, тепла, громкие шорохи, неумолимо обрушивались на него. Что подтверждало тот факт, что Майкл жив! Это утешило его, и боль, словно провинившийся слуга стал отступать в поклоне, пока совсем не вышел из дверей измотанного тела. Рана на ноге стала бордово-красной, затем начала затягиваться.
– Хорошо, – проговорил змееподобный транспорт. – Эту воду мы сделали целебной для человека, так что скоро ты начнёшь себя чувствовать лучше. Бог–правитель предупреждал что тебе будет плохо, но я бы больше помог тебе, будь ты таким же как я.
Холодным и бесчувственным, пронеслось в голове у Майкл и он вспомнил каким он был, когда бросил Диану. Таким он был, когда погибла его мать… Нет. Больше он не хотел таким быть.
– Где мыло? – спросил юноша, оглядываясь, и не дождавшись ответа на первый вопрос, задал второй:
– Почему ты сказал «последний человек»?
– Не совсем последний, – ответил Змей, открывая в душевой кабине потайной отсек, откуда на юношу бесцеремонно брызнула жидкая слизь с запахом лаванды. – Есть ещё один, но он сошел с ума. Знаешь, мы уже подъезжаем. Думаю, наш Правитель хотел бы сам тебе все рассказать.