Гордость его несколько улетучилась, когда Трокунд заметил:
– Интересно, за кого они нас принимают – за нас или за людей Арваша?
Ближе к полудню отряд из дюжины кочевников приблизился наконец к колонне.
– Вы, конники, – имперцы вы? – спросил один из них на ломаном видесском.
– Да, – ответили солдаты, готовые зарубить кубратов, если те попытаются ускакать с этой вестью к Арвашу Черному Плащу.
– Вы пришли Арваша бить? – спросил кочевник.
– Да! – заорали солдаты радостно.
– Мы драться с вами, за вас. – Кочевник поднял лук над головой. – Арваш, его секирщики – хуже никого нет. Вы, видессиане, хуже не будете. Лучше вы нами править всегда, чем Арваш хоть день. – Он сказал что-то своим товарищам по-кубратски, и те разразились одобрительными возгласами.
Чтобы почесать в затылке, Криспу пришлось снять шлем. С шести лет слово «кубрат» значило для него «враг». Даже вообразить их соратниками было нелегко. Но кочевник, сам, быть может, не подозревая того, высказал правду. Кубрат когда-то принадлежал Видессу. Если армия Криспа разобьет халогаев, эта земля снова отойдет к империи – Крисп не собирался возвращать ее какому-нибудь кубратскому царьку, чья благодарность продлится до той поры, когда он решит, что может без опаски сделать налет на юг. История с Гнатием научила его многому о верности.
И все же, если он сумеет завоевать – нет, вернуть, напомнил он себе – Кубрат, добрые отношения с местными жителями окупятся.
– Присоединяйся к нам! – крикнул он кочевникам. – Помогите нам изгнать захватчиков из Кубрата!
Он не сказал «из вашей страны». Никто из кубратов не заметил этой мелочи.
Большая часть кочевников при виде отряда бежала без оглядки, но еще несколько групп присоединились к ним, так что к концу дня вместе с видессианами разбила лагерь сотня кубратов. Их шкуры и кожаные кирасы странно контрастировали со стальными кольчугами и льняными рубахами имперцев. Их низкорослые лошадки тоже казались забавными рядом с высокими, изящными конями из-за гор. Но эти лошадки даже не вспотели, скача вровень с колонной, и Крисп помнил, как умеют драться кубраты. Он был рад иметь их под рукой.
– До войска Арваша не больше трех-четырех часов пути, – сказал Крисп Саркису, – а мы не видели ни одного халогая. Он нас еще не нашел.
– Кажется, так, ваше величество. – Белые зубы васпураканина сверкнули в свете костра, особенно яркие на фоне черной бороды. – Пару лет назад, когда я только начинал служить у вас, я уже сказал, что скучно не будет. Кто еще сумел бы застать врасплох самого черного колдуна, какого только земля носила?
– Я надеюсь, что мы его застанем врасплох, – поправил его Трокунд. – Мне все больше кажется, что нас ищут. Это пугает меня – и в то же время Арваш немедля нанес бы удар, если бы нашел нас. Жаль, что нет рядом Заида, – он развеял бы мои страхи. Но с помощью бога благого я сумею еще немного поддержать морок.
– Да будет так, – в один голос отозвались Крисп и Саркис, очерчивая на груди солнечный круг.
– Вот как опасно полагаться только на чародейство, – добавил васпураканин. – Если бы Арваш отрядил разъезды как положено, мы бы не шлялись безнаказанно по его стране.
– Это не его страна, – ответил Крисп. – Она наша. – Он объяснил, на какие мысли навел его первый присоединившийся к имперцам отряд кубратов. – Другого такого шанса вернуть Кубрат империи у нас не будет.
Саркис одобрительно буркнул. Трокунд склонил голову к плечу.
– Вы выросли, ваше величество, – сказал он. – Вы начали смотреть в будущее, как положено истинному Автократору. Кто, кроме дальновидного властителя, мог сказать, что захват Кубрата, который триста лет был для нас сущей занозой, – это его возвращение Видессу?
– С помощью бога благого я кое-чему научился из нашей долгой истории, – ответил польщенный Крисп и зевнул. – Нынешний день тоже мне кажется очень долгим. Я уже и забыл, когда вылезал из седла, если не считать перерывов на сон. Чем я и хочу сейчас заняться.
– Весьма мудрое решение, – ответил Саркис с такой военной серьезностью, что Крисп вытянулся по струнке и отдал честь, после чего, смеясь, отправился раскатывать одеяло.
На следующее утро бойцы наточили заново сабли и проверили, все ли стрелы прямы и хорошо оперены. Никто не сомневался, что битва не за горами. Всадники гнали коней на запад с такой энергией, какую дает лишь твердая уверенность в близкой победе.