— Ой, бля… — Сет закатывает глаза, любуясь мозгом и проклиная свою удачу.
— Твоя мелочь? — Рядом плюхается черноволосый молодой мужчина, завязанными в высокий хвост. Черные джинсы, кольцо в губе и хитрые глаза, похожие на тучи.
— Не издевайся… Перун, да? — Парень закидывает в рот со своей тарелки закуску, похожую на красную картошку фри, и хрустит ими, вызывая новый прилив раздражения у Бога песка.
— Ага. Выглядит слабой. Но Тебе же не привыкать, верно? — И все же издевка звучит, и Сет звонко рычит. Перун смеется и сдаваясь поднимает руки. — Ладно, виноват. Я просто хотел сказать, что собираюсь выиграть и в этот раз!
— Вот именно, мне не привыкать, поэтому Я сделаю из Своего аватара нечто достойное и буду бороться до конца. — Сет распрямляется и с вызовом смотрит на соперника.
— Тихо-тихо, чего разбушевался. Ты же Бог песка, а не войны, как… Кха-ха-кха… Михаил. — Перун пытается скрыть смех за кашлем, но проваливается. Сет удивленно приподнимает бровь.
— Почему Михаил?
— Да его аватар христианский праведник. Так яро отторгал имя «Арес», называя Его архангелов Михаилом, главой святого воинства, что ты представь себе, Наш вояка сдался и принял это. Еще и такой довольный ходит. — Перун морщится, а Сет понимающе фыркает.
— Бесит?
— Еще как.
Между братьями повисла тишина.
— Бывай, пойду к Посейдону. Эх, сакхер, какое имя себе красивое выбрал.
Перун ушел, оставляя задумчивого Сета одного, который пытался придумать, как же растормошить своего аватара.
***
В это время по всему миру десятки аватаров обдумывали сложившуюся ситуацию. Личные способности еще не проявились, да и общие тоже, но самые воодушевленные уже плотоядно облизывали сухие губы, представляя свой выигрыш.
То тут, то там по всей планете засыпали и просыпались игроки, жаждущие проявить себя, проявить свои силы и познать вкус победы. Кто-то с печалью думал о предстоящей игре, молясь об упокое невинных жертв, кто-то уже примерял на свое лицо печать вечной жизни, другой мечтательно прикрывал глаза, купаясь в безграничном запасе денег, пятый вдохновлённо смотрел на небо, а десятый с ненавистью смотрел на родителей, которые запрещали ему сладкое. Кто-то крутился перед зеркалом, мечтая об идеальном муже, кто-то представлял свою судьбу героем-попаданцем в другой мир, кто-то космическим рейнджером. Ученый мечтал о разгадках вселенной, актриса о вечной славе, политик о величии, а ребенок о большой песочнице, где игрушками будут другие люди.
Мир в предвкушении трясло. Планета устало вздыхала.
Дети и взрослые, мужчины и женщины, каждый ждал развития способностей, чтобы начать охоту. Некоторые, кто мог правильно пользоваться своей силой и властью, пытались по камерам найти соперников, ведь главный красный флаг для быка, точка на лбу для снайпера — уже появились. Неизменные разноцветные огоньки рядом с аватаром — опознавательный знак для остальных и средство связи между Богом и его игроком.
— Что ж, начнем.
***
— Я не хочу этим заниматься. — Тони непреклонно смотрела в злые, кровавые глаза Сета напротив и пыталась стоять на своем.
Единственный выходной день от учебы и работы, скрытый под уборку квартиры был готов пойти под хвост, когда появившийся Сет пытался выгнать девушку заниматься физическими упражнениями. Тони юлила, говорила, что занята, что не хочет, пыталась оттянуть неизбежное, но Бог с завидным упорством полоскал ей мозги. В какой-то момент Сет был готов уже убить девушку, но прошелся алыми искрами и ушел перевести дыхание в другую комнату. Почему Лебедева была еще жива, она так и не поняла, зато потом радостно узнала, что после первого дня Боги не имеют право вмешиваться в игру и физически влиять на своего аватара. Девушка сияла как начищенная монета, а Сет плевался ядом, пытаясь привить ей правильное мышление для выживания.
— Ты должна меня слушаться, если хочешь прожить как можно дольше, тупая человечишка! — Длинные волосы Сета извивались от бешенства как змеи медузы Горгоны, а руки беспомощно дрожали, желая сомкнуться на шеи этого ничтожества.