— Когда в следующий раз прыгнешь, не закрывай глаза, а сосредоточься на приземлении. Можешь направить силу в ноги, и тогда удара чувствоваться не будет. Словно это прыжок со скамейки.
Тони утёрлась рукавом и кивнула. Сет показал на другую крышу и Тони, желая избежать прошлого кровавого представления, начала брать разгон.
— Э-э-э… а песок собирать кто будет? — Сет показывает на «немного» окровавленный песок. Делать все равно было нечего, ведь другого оружия или хоть какой-то защиты у нее не было, поэтому песок распределился по телу. Хоть какой-то.
Следующие попытки становились все удачнее и удачнее, пока Тони не совершила идеальный прыжок, не потревожив ноги. Она действительно смогла пролететь метров триста так, словно перепрыгнула со стула на стул. Чувство полета, свободы, словно весь мир у твоих ног опьяняли и дразнили, заставляя прыгать все дальше и выше. Это оказался настоящий наркотик.
Такое уже было в ее жизни, когда она с родителями поехала на речку, а там был невысокий пирс для моторной лодки. Лодка отсутствовала, и местные дети с удовольствием прыгали с двух метров в воду. Тогда Тони испугалась и боялась, первый раз спрыгнув совсем близко и поцарапав ноги об острые камни, но после прыгала с разбегом, бомбочкой и солдатиком, ласточкой и спиной. Поняв, что в этом нет ничего страшного, Тони игралась и испытывала свои силы.
Полет оказался тем же. Первый раз ужасно страшно, но попробовав, узнав, что она сможет, она хотела еще и еще. Дальше, выше и сильнее!
Дальше, выше, сильнее!
Дальше! Выше! Сильнее!
— Тпр! Стой! — Сет дернул девушку вниз, останавливая ее на полпути и потянул к краю крыши. Поначалу Тони не поняла причины, но когда увидела купола и технику, то быстро присела, прячась от вездесущих камер и возможности быть обнаруженной другим аватаром.
— Сет, Вы специально это сделали! Убить меня хотите?! — Тони чуть не сорвалась на крик, а так как в крови бушевал дофамин, то осмелилась наехать на Бога.
— Ты, человечишка, была так увлечена, что я захотел этим воспользоваться. — Чертов Бог был уж слишком доволен. — Я все слышу.
Тони присмотрелась и еще сильнее упала на землю. На улице стояли танки. Она видела их только на параде по телевизору! Настоящие махины железа и опасности несли смерть и жестко вселяли ужас. Техника стояла впереди. Людей было не видно.
— Мирных эвакуировали и сразу же притащили это. Как думаешь, полыхнет? — Сет тоже прятался, чтобы не подставлять своего аватара и так предвкушающее улыбался. Тони показалось, что он похож на ребенка, который ни разу не видел животных, а тут перед ним показался тигр. Восторг и предвкушение. Рванет или не рванет?
Рвануло.
Без переговоров и шума один из танков открыл огонь. Видимо людям внутри пришел приказ по рации или по еще чему, только вот Тони пискнула и закрыла уши. Храм взорвался. Ударная волна ударила по перепонкам, ближайшие окна с грохотом вылетели внутрь зданий, а вверх поднялись горящие останки храма. Дома затрясло и осыпало осколками. Звук от взрыва постепенно затихал.
Сет трепал ее за плечо, заставляя подняться и что-то говорил, но Тони не слышала. Звон прекратился быстро, и девушка прониклась уважением ко всем, кто пережил бомбежки и ненавистью к людям, которые развязывают войны.
— Да смотри же ты наконец!
Тони приподнялась над крышей и в ужасе посмотрела на улицу. Чернота и огонь. Среди всего этого, стоило дыму немного рассеяться, как предстали мертвые тела служителей, разбросанные по обломкам. Мгновенная смерть по разным причинам.
— Он же не умер? — Тони неверующе шептала. — После такого не выживают, но он же аватар.
— Смотри. — Сет окоротил девушку, не сводя взгляда с руин.
Надо всем этим хаосом появился беловолосый подросток, невидимый для всех, кроме них двоих. Он истерично стянул резинку с волос и, обмакнув руки в крови, принялся поливать ею свое лицо.
— Весело! Как же весело!
Юноша танцевал на мертвых телах, рисовал на своем лице и пил чужую кровь, упиваясь смертью.
— Аарон! Вставай уже, раб Мой! Сила Божественная уже должна была исцелить тебя. Вставай и покарай этих неверующих!
— … да святится имя Твоё… Раб твой… ибо меч Твой… покарать ложноверующих… очистить землю от грешников…
Одна из балок приподнялась и оттуда показался окровавленный, подожжённый и совершенно голый мужчина. Буквально на глазах заживали последние раны, а спаленные волосы отрастали до привычной длинны. Мужчина лет не больше тридцати двух поднял черные глаза к небу и вознес молитву.