Гиминея засмеялась. До чего же удивительный экземпляр. Страсть, действительно, всех их погубит.
Глава 13
И вновь Межгалактическая Станция Отдыха и Развлечения, вновь десятки Богов, предающиеся азарту игры. Напитки и алкоголь, звездочки и танцы, музыка и байки прошлых лет — все смешалось в один коктейль, не давая различить, где начинается одна компания и заканчивается другая. Боги и Богини ходят из одной комнаты в другую, собираются большой группой в главном зале, разговаривают громко и весело и кажется, что все хорошо. Они наконец-то собрались вместе, могут поделиться личными приключениями и историями, вспомнить былые деньки и собраться для следующего покорения.
Все отлично.
Всеми игнорируется очевидное.
Что-то случилось на Границе. Что-то пришло к ним, кто-то пытался покинуть эту реальность.
Из одной VIP комнаты выходит Бог. Короткие светлые волосы, загорелая кожа, мягкие, овальные черты лица, крепкое, даже накаченное тело, почти не скрытое под одеждой. Чуть вытянутые, расслабленно прикрытые светло-медовые глаза находят Сириуса на его привычном месте. Бог Времени расслабляется и двигается к звездочке, которого знает уже много тысячелетий.
Сириус выглядит как обычно, хотя Лахезис видит растерянность и волнение. Три пары рук двигаются чуть медленнее чем обычно, словно звезде требуется усилие и внимание, чтобы не ошибиться с пропорциями очередного коктейля, обычно цепкий, яркий взгляд космического пространства, запоминающий каждую деталь, сейчас направлен сквозь очередного собеседника, а привычная вежливая улыбка словно приклеена и никак не вяжется с хмурыми бровями.
Лахезис подходит к барной стойке и взглядом показывает Деване уйти на очередную охоту. Богиня фыркает, прощается вычурным реверансом и, тряхнув длинной, светлой косой, отправляется в гости к Сету, у которого в комнате собралось множество других Богов.
Бог Времени садится на свободное место, отгораживает небольшое пространство своей барьерной магии и ставит локти на стойку. Улыбается мягко и нежно, смотря на парня перед собой, как тот хмурится сильнее и одной из пар рук сильно сжимает бокал, отчего по нему ползет трещина.
— Сири. — Не насмешливый, каплю серьезный и такой понимающий голос обволакивает и успокаивает. — Ты же не боишься Меня?
Сириус опускает плечи, вытягивает голову и губы расползаются в разные стороны, показывая свое спокойствие. Руки опускаются на стойку, вторые продолжают дело, а верхние поправляют серебряные волосы за рога, чтобы не мешались, показывая самому страшному и сильному Богу свои честные глаза.
— Как можно, господин %(: ; №%. — Истинное имя прозвучало, пространство задрожало и надрывно взмолилось о пощаде.
— Лахезис, Сири. Не тревожь и так сломанный мир.
На стол становится кружка с особым энергетическим напитком. От него распространяется синеватый дым, сползающий со стола вниз, в пучину космоса. Бог берет кружку, вдыхает этот уникальный дым и делает осторожный глоток. Губы наливаются ярко-красным, а медовый взгляд словно подсвечивается изнутри.
— Мощно. Со временем твои напитки все больше наполняются жизненной энергией. — Еще один осторожный глоток и тишина между двумя не чужими людьми сковывает пространство.
Если заглядывать за завесу времени и вспомнить, что было много тысячелетий назад (чем сейчас и занимался Лахезис), то можно увидеть маленького Сириуса с огромными, еще невинными глазами цвета космоса, стоящего среди остальных звездочек под присмотром Мафусаила. Этот момент запомнился тем, как неловко крохотная, слабая звезда свернулся в своих кольцах и боязливо опускал голову в пол, показывая Богу совсем маленькие рожки. Лахезис берет подбородок и заставляет посмотреть это существо в свои глаза. Среди бесконечных искр наивных глаз Бог видит прошлое, настоящее и будущее этого ребенка.
Бог Времени. Сильнейший и всеведущий, но скованный оковами своего могущества. Будущее предрешено, будущее непогрешимо, неоспоримо. Факты, которые предписаны этому миру случатся в любом случае: сейчас или чуть позже. Не убежать от судьбы, не скрыться, не изменить. Если миру суждено сгореть в пламени собственного закона, то оно сгорит. Они могут попытаться отдалить смерть, могут попытаться даже изменить закон, бесконечно юлить, но если судьба говорит, что это случится, оно произойдет.
Лахезис смотрит в будущее и видит в этих глазах нечто невероятное. Свобода. Борьба. Смерть. Рождение. Невозможная находка. Поиск. Вечность.