Царевна, позабыв на миг про всё на свете, снова во все глаза смотрела на красавца - советника, пытаясь понять, почему её вдруг потянуло к этому человеку и если бы не Урадон, наверное, в Афарона и влюбилась!
Хозяин лаборатории как бы прочтя её мысли, слегка кивнул головой и предложил царевне отведать напитки и фрукты, которые стояли на огромном из прочного хрусталя столе вперемешку со стеклянными колбами и приборами.
Эйгелия залпом выпила бокал простой воды, сама налив себе из стеклянного кувшина, дав знак своим телохранителям, чтобы те стояли у двери и не приближались. Ей не хотелось, чтобы её сердечные тайны были известны посторонним и пылко прошептала:
-- Он красив, прекрасен, лучезарен и выше своих сверстников намного. Увидев его на играх- битвах, моё сердце замерло сначала. Потом я вздрогнула, когда он повернулся, как бы почувствовав мой взгляд. Его красивые и почему-то печальные глаза цвета неба излучали удивление, восторг и негу и я узнала в нём свою судьбу, свою любовь! Я поняла в одно мгновенье - мы созданы друг для друга!
-- Как поэтично! И как давно вы знакомы? -- приятным баритоном, ласкающий слух, спросил Афарон, казалось, советник оживился и стал проявлять неподдельный интерес к исповеди царевны.
-- Сегодня днём.
-- О, дети, юные сердца, не натворили бы вы глупостей сперва. Но, моя царевна, ещё не факт, что и он влюблён в Вас тоже.
-- Есть доказательства! -- Эйгелия вскочила с кресла, сжимая всё ещё в своей ладошке то, что передала ей верная служанка. -- Вот его записка!
Царевна подала клочок - письмо собеседнику. Мужчина взял сложенный пергамент дорогой бумаги и развернул его. Всего - то четыре слова- символа, написанные каллиграфическим почерком –рунами, но этим сказано было всё.
-- Да, наломали дров, -- сказал советник. – Любовь с первого взгляда! Но я сделаю всё возможное, чтобы помочь вам, юная леди, а теперь, прошу покинуть мою лабораторию и держать нашу беседу в тайне. Ведь как известно мне, люди, вашего жениха слегка враждебны к нам и мой вам совет - признайтесь обо всём родителям своим, а там по их ответу будем действовать и строить планы.
-- Вы правда сможете помочь? Точнее мне и Урадону? -- с мольбой в глазах спросила царевна.
Афарон внимательно посмотрел на дочь царя, в его светло-серых глазах была непредсказуемость, но он ответил чётко.
-- Да! Это и мои обязанности помогать Вам! – советник сделал наклон головы, как благородный жест согласия и покорности перед царственной особой .
-- А мой отец не будет против?
-- Этого я не могу пока ещё знать, но, думаю, он встанет на Вашу сторону, -- Афарон лукавил, своей интуицией он уже видел ход событий, но предпочёл скрыть от царевны картину будущего, так как знал, что молодым влюбленным надо самим бороться и защищать свою любовь, иначе посредники смогут разрушить их хрупкое счастье, а недруги ещё и добить. -- И мой Вам совет, будьте уверены в себе и верны своей любви. Поверьте в свою мечту, что станете женой Урадона.
-- Разве моя мечта может сбыться, когда на кону стоит безопасность нашего государства? – спросила царевна, не веря в счастливый исход. -- Я думала, Вы сможете уговорить моего отца встать на мою сторону и искать пути спасения для всех нас, чтобы атланты нам не угрожали.
-- Мнение Вашего отца не достаточно, здесь решает государственный Совет, который может оспорить приказ царя.
-- Как так!? -- Эйгелия не верила своим ушам.
-- Много подкупленных государственных мужей, которые поклоняются атлантам, но я постараюсь убедить Совет встать на Вашу сторону, есть весомый аргумент и некоторые козыри в моих руках. Да и Вам тоже нужно будет проявить участие.
-- Какое? -- Эйгелия готова была разрыдаться, когда узнала, как много противников есть у её отца.
-- Напомню - признаться Вашим родителям, что любите другого и никаких побегов! Иначе всё испортите и подставите Урадона. И даже Гио наглядно показал в игре, как своим бегством он только убил своего короля! Как видите и этот «лапусик» читает Ваши мысли!
-- Благодарю за Ваш совет!
С этими словами Эйгелия слегка присела в знак прощания, развернулась и направилась к двери. Вдруг она резко остановилась и, обернувшись, промолвила:
-- Как странно...