-- Значит, они что-то потребуют вместо Эйгелии?
-- Разумеется. Им не Эйгелия нужна, а твое государство.
-- Почему ты раньше мне не сказал? -- строго спросил царь своего советника. – И зачем им нас завоёвывать, когда среди нашего населения много атлантов?
-- Вы не спрашивали меня, не ввели в курс дела, Ваше Величество. И когда подписывали договор, я еще не был Вашим советником. А эти так сказать, наши атланты живут не по законам Атлантиды, а по нашим. Работают честным трудом, создают семьи и не хотят воевать, так как они при деле, у большинства свои земельные наделы, им есть на что свой энергетический потенциал направлять.
-- Ты прав и это даже моих аналитиков удивляет. Ведь раньше как атланты хвалили достижения своей страны, пока не селились у нас навечно.
-- Труд дал им понять, что человек сильнее искусственного интеллекта.
-- Выходит, нашим атлантам можно доверять?
--Да, им есть что защищать и кого любить. А по легендам своих дедов они не понаслышке знают о жестокости правителей Атлантиды. Они в реальности живут, не в иллюзионном мире.
-- Значит, полетишь в Атлантиду?
-- Да!
-- Но почему? Почему ты согласился защищать мою дочь? Уж не влюблен ли ты в неё? Говорят, моя Эйгелия и твоя Виола схожи внешне.
Афарон резко встал, поклонился царю и твердо, чеканя каждое своё слово произнес :.
-- Здесь схожесть не причём, я всегда любил и буду любить свою Виолу. Она, моя любимая во мне, и это дает мне силы жить. Мне сердце говорит, что никакая другая женщина не заменит той любви, что подарила мне Виола. Я не могу Вам, Ваше Величество, это объяснить. Это что-то такое, что навсегда будет в моей душе, в моём сердце. И только Бог знает, с какой бы радостью я умер, чтобы не страдать в разлуке по любимой! А защищаю Вашу дочь, так мне интуиция говорит, чтобы спасти и ее жениха Урадона, чтобы в будущем влюбленные жили счастливо, в порыве великой Любви продлили Род! И если Ваше Величество тревожат недавние сплетни, то никакого отношения к жене Панталеона я не имею! - с этими словами Афарон без разрешения сел в свое кресло.
Государь молчал. Он был поражен. Вот это сила любви! Другой бы на месте советника наложницу имел и не одну, гарем, а он как монах живет один, ну вылитый отшельник.
После такого признания Агазон только сильнее зауважал своего поданного. Такой не выдаст, такой не сдаст! Может в этом и кроется его внутренняя красота души, ведь сохранить любовь в чистоте - это целая наука и силу духа надо здесь иметь!
-- Вы видели жениха моей дочери? – решил разрядить обстановку царь.
-- Нет, -- в голосе советника были нотки удивления.
-- Ах да, мне ведь нужно будет пригласить его и родителей во дворец для знакомства.
Так на мажорной ноте была закончена беседа .
Афарон шеё в свои апартаменты и думал о предстоящем полёте в Атлантиду. Наконец-то судьба открыла ему двери и дала билет на загадочный и легендарный остров-столицу. А он-то в этой Атлантиде все поймет и разгадает тайну.
Дворцовые сплетни его не волновали, лишь бы от слов к делу не переходили, не быть же ему вечной свахой и выдавать замуж страдающих по нему придворных дам.
Он вспомнил недавний скандал, когда, уйдя на совещание, в спешке не закрыл свои покои на кодовый замок, а Рона отправил по делам в город, в итоге по возвращении в его постели оказалась обнаженная княгиня, родственница самого царя.
Советник от такой неожиданности напрягся, но взял себя в руки. Анфиса, так звали ночную гостью, была симпатичной миленькой особой, но очень больших размеров.
Княгиня не стыдилась своей наготы и мило улыбалась, видимо надеялась, что соблазнит красивого советника царя своими аппетитными формами. Кровать под ее телом жалобно заскрипела, когда дама повернулась набок, подставляя взору округлый изгиб бедра.
Афарон только грустно вздохнул и отвернулся. Как ему хотелось, чтобы в его постели была Виола, его любимая Виола, а не глупая княгиня, которая решила воспользоваться кумовством царя. Но все же он поклонился, как галантный и воспитанный аристократ.
-- Добрый вечер, мадам! Прошу простить мой вопрос, что вы здесь забыли?
-- Ах, Афарон, я Вас так ждала, я Вас так желаю...
-- Прошу, прелестная княгиня, оденьтесь!
-- Но, я бы и не проникла в Ваши покои, если бы не наш дворцовый астролог Кахрам, который нагадал мне Вас , -- Анфиса обиженно надула губки, мол, она тут не при чём, все претензии к звездочету.
Но и Афарон не сдавался, играть в ловеласа, так играть, всё равно завтра сплетни на весь дворец греметь будут. Он улыбнулся, как улыбается демонически настроенный сердцеед и, сверкнув глазами на незваную гостью, продолжил :