Глава 17
Россия . Наши дни.
С утра зарядил дождь, это радовало. В Краснодарском крае лето жаркое, приходилось часто поливать грядки, молодые саженцы, цветники. Дождь то усиливался, то переставал. Зато наша семья была снова в сборе и после завтрака мы как всегда обсуждали дела семьи и нашего дома - поместья.
Телевизор Эргос упорно не хотел покупать и вот теперь компенсирует, вместо телика сказки рассказывает. Дети ждали продолжение притчи, но глава семейства не спешил. Он начал с вопросов.
-- Что вам известно об реинкарнации?
-- Нам в школе говорили, что сумевшие понять своё предназначение и суть бесконечности станут жить счастливо, перевоплощаясь вечно, ибо они своими мыслями произведут сами счастливую свою бесконечность, -- процитировал Любомир.
-- И как вы это понимаете? - задал вопрос глава семейства.
-- Деревья высаживать, рощи, сады, цветы, -- ответила Любомила, она всегда старалась опередить брата. Эргос не спешил её хвалить, он ждал ответа старшего сына.
-- Поместья Родовые, -- сдержанно ответил сын.
-- Правильно, именно поместье- это и есть малая Родина человека. Общественные рощи, аллеи и сады тоже важны, но Родина - это индивидуальное, живое пространство, помогает человеку, улавливает его мысли и желания и дает ему то, что нужно. Именно Родина может возродить как человека, так и его Род.
-- А жрецы тогда зачем делали реинкарнационный настой? И почему душа Виолы воплотилась в Атлантиде, а не в Ронде, когда её тело похоронили в родовой аллеи? - возразила Любомила.
-- Что скажешь, Любомир, на вопрос сестры? -- ушёл от ответа Эргос.
Ну всё, держите ваши уши, сейчас эта троица начнёт спор планетарного масштаба. Я и Стронг будем свидетелями и, возможно, нам разрешат вынести вердикт в обвинительном приговоре в адрес жрецов, как разрушителей Мироздания.
-- У жрецов не было родового поместьея, не было пространства любви, -- начал рассуждать сын.
-- Разве усадьбы с живым садом не живое пространство? -- удивилась Любомила.
-- Этого мало, нужно хотя бы высадить несколько видов и сортов разных деревьев, трав, цветов и плодово-овощных культур. Жрецы и элита обычно делала акцент на дизайне, чтобы был красивый парк, пруд, цветник, -- пояснил брат сестре.
-- И? И самый главный элемент ещё нужен, -- давал подсказку вопросом Эргос.
-- Любить свои участки, -- вставила Любомила.
-- Ещё? -- задал снова вопрос глава семейства.
-- Постоянно жить в нём? -- не то спросил, не то сказал Любомир.
-- Не обязательно, пространство - оно живое, может и на расстоянии согревать своего хозяина.
-- Родове дерево посадить и задать ему программу, свою мечту! -- почти воскликнула дочка.
-- Самому посадить, -- уточнил наш сказочник. -- В посредниках не нуждаться. А у жрецов и их элиты поместьями, усадьбами, садами занимались в основном слуги и рабы.
-- Рабы? Безвольные люди ? -- возмутился Любомир.
-- Считайте, пожизненные слуги, без гладиаторских цепей и кандалов. Но у таких садовников было больше привилегий, им было дозволено жить в раю, но этот рай они должны были взращивать для своих хозяев.
-- Жирный минус,как в закрытой банке,-- разочаровано сказал Любомир.
-- Поэтому жрецы и прибегали так сказать к магии, изготавливали разные зелья и настои, для продления молодости, жизни, восстановления здоровья и даже для моментального перевоплощения своей души в новое тело.
-- Выходит, зелье, которое применил Харон сильнее поместья родового? -- удивилась Любомила.
-- Нет! Думайте, анализируйте. Вспоминайте детали притчи или я напомню.
-- Папочка, лучше сам всё расскажи,-- попросила Любомила.
-- Да-да, -- заступилась я за дочь. -- Такие вопросики им ещё рано познавать. Не забывай, ты почти взрослую сказку им рассказываешь.
-- Виола была горожанкой, её родители родовое поместье не создали. В аллее родовой, как Афарону поведал её дух, лишь только тлен и прах. Свою жизнь, мечту и пространство любви образное, она отдала своему любимому. Афарон, познав от Вотра закон перевоплощения в деталях, стал молиться и через медитацию призывал душу Виолы воплотиться в новом теле, но у него не было семьи, родить Виолу он не мог, оставался Харон, на котором было пятно за содеянное, плюс реинкарнационный настой. Бог никого не наказывает, но Создатель дал шанс жрецу искупить свою вину, взамен Харон дарит новую жизнь Виоле, любит её как истинный отец, оберегает.
-- Ну что ж, стыкуются детали, -- ответил Любомир, как бы говоря, мол это детская задачка.
-- Но тогда почему Афарон, обладая знаниями и большой скоростью мысли, не смог уловить её рождение, не смог даже вычислить где она живет? -- спросила Любомила. -- И Бог позволил ему страдать безумно.
-- Значит, у Афарона и своя карма была, может, из прошлых его жизней или через родителей передалась. А страдания и душевная боль лишь ускоряла мысль Афарона и помогала ему найти ответ. Но об этом чуть позже мы узнаем. А сейчас уже закончился дождь и нам нужно в поместье потрудиться. Кто желает со мной прогуляться по саду босыми ножками по мокрой траве?
Разумеется, все мы как по команде пошли осматривать наш сад, а наш сказочник продолжил рассказывать свою притчу.