Афарон усилием воли разорвал этот невидимый, парализующий его энергетический круг, резко проведя рукой в воздухе, как бы снимая с царицы энергетический иллюзорный занавес и увидел сущность. Ужасное зрелище предстало его взору, то за спиной Ампиоры стояла серая, омерзительная , похожая на спрут, иглоподобное существо, с которой стекала зеленоватая жидкость-слизь и голодными глазами смотрела на дипломата, готовая в любую секунду вонзить в него свои ментальные щупальца- спицы . У Афарона по всему телу прошелся холод, как ледяной волной его оглушило с ног до головы. Сделав глубокий вдох, он затаил дыхание и, закрыв глаза, стал трансформировать, как учил его волхв Вотр, своей мыслью эту тварь. Он сконцентрировал свою энергию на своей первой чакре, а затем мысленно из этой чакры направил энергетический поток вверх, создав внутри себя ментальный, раскаленный до бела стержень, от которого во все стороны стал излучаться свет.
Представтье, что у вас в руке лазерный меч, от прикосновения которого всё сгорает, так и Афарон своею мыслью превратил себя наподобие большого лазерного меча, и если бы кто-нибудь из людей случайно прикоснулся к телу Афарона, он бы упал замертво или бы сгорел.
Сущность завизжала душераздирающим воплем, её сжигала человеческая мысль, тварь тут же отпустила свои щупальца и спрятала их за спину царицы. Афарон сделал выдох и сразу же почувствовал облегчение и свободу, исчезла и тоска, а его энергии постепенно стали приходить в норму.
Когда он открыл глаза, его взору предстала неприятная картина, на полу в конвульсиях металась полуобнаженная царица, все кто был в зале с ужасом смотрели на происходящее, Но царица тут же вскочила на ноги, и не замечая более чужестранца, приказала солдатам Харона отпустить царевича, те подчинились её приказу незамедлительно. А воины Зедана, схватив без сознания тело своего господина, покинули поле битвы.
Окинув тоскливым, зовущим взглядом Афарона, ушла и сама Ампиора, не пытаясь прикрыть свою наготу. Усилием воли советник подавил в себе желание пойти за ней, зная, что это иллюзия похоти и страсти. Убедившись, что на данный момент ничто и никто не угрожает юной жрице, советник поспешил покинуть дворец.
После случившегося инцидента Афарон понимал, Харон ему не соперник, теперь опасность будет исходить от Зедана или того, кто восстал против верховного. Да, воспитал Харон зверька, против себя же вырастил монстра. И царевичу не нужна Эйгелия, он сражался за дочь Харона.
Добравшись на небольшом вимане -шлюпке до корабля Альфы, Афарон дал понять Рону, что с ним всё в порядке и чтобы команда готовилась к ночному отдыху, выставив дежурных и постовых для охраны кораблей. Сам же советник ушёл в свою каюту и со стоном рухнул в кресло. Теперь он мог дать волю своим эмоциям. Все нутро снова заклокотало, когда перед его мысленным взором встала дочь жреца.
Он и радовался такой встрече и не ведал что делать дальше. Да, наломал он дров своим визитом. Зедан теперь может объявить войну Ронде, так как задели его царское самолюбие, жрец может как всегда сбежать или же будет воевать за власть в Атлантиде. И если на острове развяжется гражданская война, то Атлантида будет уничтожена. Рано ещё острову уходить под воду, по его рассчетам года два Атлантида ещё сможет просуществовать.
Дикая боль вонзилась в его душу, казалось, душа не желала бездействовать, она рвалась к той, кто напоминала ему Виолу. Почему его так сильно затронула дочь Харона? Его тогда чуть не разорвало, когда он её увидел, когда она его окликнула и заглянула в его глаза, казалось, она проникла в глубь его души и разбудила память, вновь вынув на поверхность его тоску и боль. Так вот о каком ответе намекал ему Вотр. И теперь Зедан претендует на его любимую .
" Нет! Я не допущу гибели своей любимой. Я останусь здес, и буду защищать её, даже если она не выберет меня, я буду уважать её выбор, ибо мне без неё не жить!" -- с такими мыслями Афарон решительно встал, новый план молниеносно родился в его голове. Он направился в капитанскую рубку и созвал всех, дав знак Урадону, чтобы тот включил рации для Беты и Омеги.
-- Рон,передашь рапорт царю Агазону, я остаюсь здесь в Атлантиде, вы возвращаетесь в Ронду на материк, у меня ещё есть задание - это касается безопасности нашего государства. Я всё сказал. В добрый путь!
Команда как завороженная смотрела на своего командира, казалось сам Бог воплотился в нём, так как от Афарона шло слегка заметное свечение, а его седые длинные до плеч волосы излучали голубовато- фиолетовое сияние. Но это ещё не все, сам Афарон помолодел! Как будто не сорокалетний возмужалый придворный вельможа, а двадцатилетний юноша стоит перед ними, только красивый голос, будоражащий всё нутро, говорил о том, что перед ними стоит настоящий Афарон.
-- Мой уважаемый господин, Вы случаем ничего не отведали или надышались каким-то газом в приёмном зале Харона? Вас не узнать! -- склонив голову, тихо спросил личный секретарь .
Советник подошёл к серебряной стене и внимательно посмотрел на своё отражение.
-- Чудеса! -- сам себе сказал Афарон. -- Но, ребята, время дорого, Агазон ждёт ответ, Урадон летит к Эйгелии. Я остаюсь здесь! Скоро вернусь в Ронду.
Но не успел дипломат спуститься в свою каюту, чтобы телепортироваться на свой околоземный корабль, как его коснулось ментальное общение Верховного жреца.
-- Афарон, я желаю с тобой встретиться. Есть серьёзный разговор личного характера.
-- Я готов вновь встретиться с тобой, Харон! --тут же мысленно ему ответил Афарон.
-- Укажи координаты .
-- Восточные белые скалы.
Надев светлые атласные одежды,подпоясав длинную рубаху - косоворотку поясом, а на голову надев очелье из крапивных волокон с серебряными нитями, Афарон в плаще накидке уже стоял у подножия скал.
Корабли рондовцев скрылись за горизонтом, когда Харон лично прилетел за Афароном на своём огромном, куполообразном вимана. Увидев, что Афарон один без секретарей и охраны, жрец одобрительно кивнул и открыл люк. Советник запрыгнул в виман и они полетели в резиденцию жреца, которая находилась за городом.
Стояла уже ночь, но город жил своей ночной, оживлённой жизнью. В небе, как рой пчёл летали виманы, шлюпки и небольшие летательные капсулы атлантов,в окнах зданий горел свет, да и на улицах было много прохожих. Казалось, мегаполис никогда не спит, никогда не отдыхает, а денно и нощно работает, двигается, летает.
Подлетев к огромному стеклянному зданию, Харон и Афарон поднялись на лифте на самый верхний этаж, где был личный кабинет Харона. В огромном помещении жреца вместо крыши был стеклянный купол. Владыка предложил Афарону кресло, но гость отказался. Советник подошёл к стене, которая сливалась с куполом - крышей и стал смотреть на ночное звёздное небо.