Прозвучал гонг, стена напротив орка распахнулась и оттуда вышел очередной соперник.
— Наверное, это тот самый Веласкас, о котором говорил глашатай.
Но Гретте все это было безразлично, она хотела есть, хотела выпить и просто отдохнуть, но сделать все это в тишине своей съемной комнаты, где-нибудь на верхнем этаже трактира, но никак не на трибуне с ревущими пьяницами.
— Я ухожу, — протараторила Гретта.
— Нет, постой, — я остановил ее и попросил подождать до конца боя.
— Тебе это интересно?
— Просто подожди, — продолжал я, оглядывая всех стоявших рядом. Зрителей с каждой секундой становилось все больше. Они стекались со всего города, со смежных улиц, проходили сквозь узкие ворота и поднимались на самый верх, заслоняя собой весь вид на предстоящий бой. Вскоре от вони вспотевших тел и пьяных отрыжек находиться здесь стало невыносимо. Гретта закрыла нос, отвернула голову и тут же остановилась, сконцентрировавшись на одном странном человеке.
Он был укутан с головы до ног в сероватую одежку, висевшую на нем как будто не по размеру. Руки сложены в монашеской манере. Его можно было спутать с чудаком или сумасшедшим, заглянувшим на праздник крови, но все это было лишь прикрытием для других, более тонких дел.
— Не смотри на него так, — сказал, загораживая обзор Гретте.
— Что? Почему?
— Это тот, кого я и жду. Не спугни.
Она отвернулась и стала смотреть на начавшийся бой. Орк во всем превосходил своего соперника, несмотря на то, что был почти гол, по сравнению с закованным рыцарем Веласкасом. Удары падали на щит, заставляя гладиатора содрогаться и отступать, сокращая поле для маневра.
— Ты ждешь его? — повторила Гретта, сунув руку в карман, где в складках одежды был спрятан маленький кинжал. Она всегда так делала, когда чувствовала неладное, а сейчас ей было и вовсе не по себе.
— Пожалуйста, не делай глупостей. Скоро все узнаешь.
Арена закричала. Люди подскочили на ноги от увиденного: мощный удар орка расколол щит, щепки от которого полетели в разные стороны. Веласкас проигрывал, а без надежной защиты противопоставить орку было попросту нечего. Несколько резких выпадов не увенчались успехом, легкобронированный воин легко уворачивался от ударов и продолжал наступать, загоняя противника в угол, откуда был только один выход — через него.
Снова удар — зрители подскочили и продолжили стоять. Ор сотен голосов смешался в единый порыв, заставив Гретту закрыть руками уши и невольно посмотреть в сторону незнакомца. Только сейчас она увидела, как его маленькие, тоненькие ручки скользнули в карман одного из стоявших перед ним и вытянули почти пустой кошель с монетами. Потом еще раз и еще. Он проделывал подобное каждый раз, когда восхищенный боем пьяница подскакивал со своего места, вопя от радости пролитой крови.
Орк добивал своего противника. Оборона была окончательно сломлена. Уставший от тяжелых доспехов и изнурительного сражения Веласкас, пал после самого мощного удара. Шлем раскололся — из образовавшихся трещин потекла кровь. Топор вошел на всю глубину и разрубил, как арбуз, череп противника.
Ликование.
Крики.
Радость сотен глаз и имя нового чемпиона.
Гретта так запуталась во всем этом, что и не заметила, как незнакомец пропал.
— Теперь уходим, пока он не скрылся.
Я повел ее к выходу, предчувствуя скорую панику и крики по поводу кражи. Шел быстро, держа девушку за руку, чтобы та не потерялась в толпе и как только оказался за пределами арены, развернул ее к себе.
Незнакомец уходил не совсем так, как я предполагал. Его маршрут пролегал параллельно основным улицам, где часто проходила стража, но все же старался быть в окружении других людей, чтобы в случае погони, можно было смешаться с толпой.
— Ты знаешь его? — спросила Гретта.
— Это один из наших, но из той когорты, что не любит подчиняться даже главе гильдии. Карманники особая категория, у них другие законы, но именно они знают об этом городе все и могут помочь в дальнейшем.
Я шел за ним, стараясь не попадаться на глаза. Держал приличную дистанцию и по возможности останавливался, когда воришка поворачивался, чтобы осмотреться. Длинная улица постепенно подходила к концу, заканчивались торговые лавки, питейные заведения, кое-где начинались и вовсе хижины нищих, но все это время незнакомец шел исключительно прямо, не сворачивая даже тогда, когда перед ним образовался тупик.