Охваченная страстным желанием, девушка опустила глаза. Она хотела его! О, как же она его хотела!
Он отпустил ее подбородок, прошелся пальцами вдоль шеи и груди, скользнул вниз по нежной ложбинке между ее грудями, а затем решительно раздвинул полы халата.
Улыбнувшись, Брейс наклонил голову и обвел языком вокруг соска, который тут же оказался у него во рту. Марисса застонала, когда он принялся легонько посасывать его.
Но когда вздутие на его брюках коснулось ее тела, девушка мгновенно насторожилась и отчетливо поняла, что происходит. Если она проявит уступчивость, он овладеет ею. И она добровольно, нет, даже страстно желая этого, отдастся ему!
Это повергло Мариссу в смущение.
– Брейс, – простонала она, – пожалуйста! О, пожалуйста!..
Неужели это она произнесла эти слова и ее собственный голос открыл то сокровенное, в чем она не хотела признаться даже себе? О чем она просит его, забыв о своем достоинстве?
Но ведь она содалитка, женщина-воительница.
Однако решимости ее хватило лишь на то, чтобы умоляюще прошептать:
– Не надо! Пожалуйста, не надо, Брейс!
Он разжал объятия и откинулся на спину.
– Чего же ты так боишься? – спросил он. – Своих чувств?
Марисса, запахнув полы халата, покачала головой:
– Нет! Того, что ты собираешься со мной сделать!
– Лгунишка! Неужели ты не хочешь взглянуть правде в лицо?
– Правда в том, что я не желаю испытывать никаких чувств к тебе. Почему ты не хочешь оставить меня в покое?
– Уверяю тебя, ты и сама не знаешь, чего хочешь. Разве что свести меня с ума.
Брейс поднялся с постели.
– Ты же тоже хочешь меня, Марисса, – сказал он. – Так почему же ты так сопротивляешься? Я не стану причинять тебе боль. Я буду нежен с тобой. Тебе это нужно так же, как и мне.
От его напряженного, страстного голоса в Мариссе что-то дрогнуло. Он страдал и был так же измучен и смущен, как и она. Ей вдруг безумно захотелось утешить его.
– Да, Брейс! – воскликнула она. – Я хочу тебя! Но все это так неожиданно. Я… Мне нужно время. Ты не будешь торопить меня?
Радостная улыбка озарила его лицо.
– Я готов ждать сколько угодно, дорогая.
Оба замолчали, не в силах высказать свои чувства.
Наконец Брейс протянул ей руку.
– Пойдем, – сказал он.
– Куда ты меня ведешь?
– Я не ел с прошлого вечера и отчаянно проголодался. Пойдем на кухню.
Марисса только сейчас призналась себе, что ей рано или поздно придется принять решение, и это пугало ее. Но она должна все обдумать, хотя уже ясно, что она связана с этим человеком нерасторжимыми узами.
Глава 7
Наблюдая за Брейсом, Марисса поражалась, что он справляется с таким количеством пищи. Съев половину тушки какой-то птицы, ломоть хлеба и сочный, жирный кусок мяса, она решила, что с нее хватит, поднялась из-за стола и подошла к шкафу со стасисным полем – электронной системой сохранения пищи путем поддержания ее энергетического баланса. Когда она вернулась к столу, Брейс улыбнулся ей:
– Видимо, тебя уже не так шокируют мои гнусные привычки.
Она поставила перед ним две чаши – со свежими ягодами и со взбитыми сливками.
– Ты должен питаться не только мясом. Это поможет тебе сбалансировать рацион. – Марисса взяла спелую ягоду и обмакнула ее в сливки. – Попробуй, и увидишь, что я права.
Губы Брейса раскрылись. Коснувшись их, Марисса снова ощутила трепет и вспомнила о ночи в таверне.
– Я… хотела бы обсудить с тобой кое-что.
Он улыбнулся, заметив ее смущение и радуясь ему.
– Да? И о чем же это?
– О твоих снах. Что так тревожит тебя?
Лицо Брейса потемнело.
– Обычный ночной кошмар. За мной кто-то гнался.
Марисса нахмурилась:
– Сомневаюсь, Брейс Ардейн. Это было слишком серьезно, я боялась, что мне не удастся разбудить тебя. Ты оказался в чьей-то власти и едва вырвался.
В его взгляде опять появились затравленность и страх.
– Я… я бы не хотел говорить об этом.
Он занялся ягодами.
– Связаны ли твои сны с нашим общим делом? – спросила она. – Если это так, я должна знать, ибо последствия могут иметь значение и для меня.
– Спасибо за беспокойство обо мне.
– Дело не в этом, – заметила Марисса. – Но все, что влияет на тебя, сказывается и на нашем общем деле. Однако никто не заслуживает таких страданий, которые терзали тебя во сне.
Брейс коснулся руки Мариссы и глубоко вздохнул:
– Это Магический кристалл. Сначала он прикинулся моим другом, был благосклонен и приветлив. Потом я услышал, как чей-то голос предостерегает меня от него, и тогда кристалл разъярился. Он стал преследовать меня по воздуху, пока не загнал в тупик. И, начав падать в какую-то ужасную разверстую пропасть, я проснулся.
Рассказывая об этом, Брейс покрылся испариной и задрожал. Он опустил голову, чтобы скрыть свой безумный страх, и постарался овладеть собой. Боги, даже воспоминание об этом рождает все тот же ужас беззащитности! Интересно, сможет ли он когда-нибудь снова спокойно спать?
– Но что же значит этот сон? – мягко спросила Марисса.
Ей не хотелось задавать этот вопрос, но она чувствовала, что необходимо узнать об этих снах все. Она была нужна ему этой ночью, и это может повториться.
Брейс покачал головой:
– Хотел бы я это знать, Марисса. Возможно, это всего лишь случайность, связанная с моими попытками вступить в общение с Магическим кристаллом. Вероятно, они слишком утомили меня.