С первым орком я справился довольно быстро – и на его месте возник второй. За моей спиной Джейн и Роджер «болели» за мои успехи, не имея ни малейшей возможности вмешаться. Я отступил на пару ступенек, и остановился, вынудив орка сражаться, буквально стоя на трупе своего командира. За вторым последовал третий. Еще два шага назад…
Когда умер последний орк, очередь дошла до одетых в маски. Было их трое. Человек – по крайней мере, я полагал, что это человек, отсалютовал мне мечом, и я почувствовал … Не знаю, как это передать. Не страх – знание. Я стоял перед равным.
– Сними маску, – сказал я, и странное дело – он подчинился. Затем на его лице появилась улыбка.
– Не ожидал? – спросил он. Передо мной стоял эльф.
– Я полагал, эльфы не дружат с гоблинами, – сказал я. – Что я пропустил?
– Некоторые дружат, – последовал ответ. – Те, кто умнее, дружат. Или те, кто сильнее. Мы – он подчеркнул это слово – будущие хозяева Великого Леса, и можешь мне поверить, там не будет больше этого слюнявого преклонения перед каждой травинкой.
– Как вас завербовали? Магия?
– Всего понемножку, – пожал плечами эльф. – Магия тоже. Хотя в основном, конечно, золото.
– Нам мало места на этой лестнице, – заметил я.
– Тебе придется умереть.
– Посмотрим, – я поднял меч, и приготовился к бою.
Он тоже приготовился, затем в его глазах что-то изменилось. Он смотрел на мой меч. Губы эльфа скривились, произнося слова языка, столь же чуждого эльфийскому, сколь сами эльфы были чужды гоблинам. И меч в моих руках ожил.
Мой противник сделал простой выпад, я блокировал его с трудом, словно находясь в тумане. Меч – он хотел быть хозяином в нашей паре, так было в прошлый раз… И во все прошлые разы… Я сопротивлялся изо всех сил, и едва успел отбить второй выпад, тоже довольно простенький. Эльф играл со мной, как кошка с мышкой. Я отступал, и оба мы уже стояли на ступенях, тела же убитых остались позади.
– Ты мой! – говорил меч. Косо блеснул клинок противника, и меч легко поднялся, чтобы его парировать. – Видишь, как это просто?
– Я – свой собственный. А ты – мой. – Я вспомнил Старика – если на тебя нападает тот, кто сильнее, стань пустотой, с пустотой невозможно бороться, так он говорил. И еще – если отойти в сторону, то возможно, опасность перестанет быть актуальной. Я расслабился. Я решил сосредоточиться на бое. Торжествуя, меч ворвался в «меня» – и никого там не застал. Я не оказал ему ни малейшего сопротивления – мне было все равно. Но не «все равно», как капитуляция, а… Как бы объяснить стариковскую концепцию? Веселое «все равно». Ироничное «все равно». Ну вот, весело говорит лошадь, ты привел меня к водопою. Посмотрим, что ты будешь делать дальше…
Теперь меч был моим, точнее мы составляли с ним одно целое, но под моим контролем. Я удвоил скорость, и с удовольствием отметил изумление в глазах моего противника. Мы были равны – раньше, теперь же я поднялся на новую ступень. Что бы ни было в мече – это было теперь во мне, и я знал, что любой меч оживет теперь в моих руках. Я вошел в его удар – это называется «ирими», и оказался за его спиной. Однако вместо того, чтобы рубить стоящего ко мне спиной противника, я проткнул стоящего за ним, не готового к бою. Затем я рубанул с разворотом мечом назад, но опоздал – Джейн не зря носила титул чемпионки штата, она успела нанести удар шпагой, так что я мог бы и не беспокоиться.
Третий эльф, все еще в маске, попятился, споткнулся и, словно спохватившись, ринулся в атаку. Простой одиночный удар сверху вниз может быть опасен, если противник хорошо и надежно связан. Но атаковать подобным образом меня…
– Все, – сказал я. – Запишите еще один подвиг Геракла.
– Ты был бесподобен, – Джейн обняла меня, поцеловала, а затем полезла в рюкзак за бинтами. Я с удивлением обнаружил у себя на левом плече довольно глубокую царапину. Хоть убей, не помню, как и когда.
– Пойдем, – сказал я, когда перевязка была завершена. – Я боюсь только одного…
– Что за первым отрядом последует второй…
– Точно.
Второго отряда не было. Мы добрались до вершины скалы и остановились, переводя дух.
– Бери пример с нас с Джейн, – сказал я Роджеру. – Мы почти не устали, ты же еле дышишь. Надо больше тренироваться.
В ответ непочтительный мальчишка заявил, что если бы не он, а я тащил все три наших рюкзака, то усталый вид был бы тоже не у него. Никакого уважения к старшим.
В маяк вели тяжелые дубовые ворота, и под воротами лежала небольшая вязанка хвороста. Я усмехнулся, поняв, что здесь должно было произойти. Не сумев разбить ворота, орки решили их поджечь, однако тут, на скале, практически ничего не росло, так что они отправились вниз за топливом. И встретили нас.
– Кажется, мы успели вовремя, сказала Джейн.
– Попробуем постучаться.
Мы попробовали. Через полчаса, когда мы отбили кулаки и пятки, а поверхность двери покрылась вмятинами от подобранных нами тут же булыжников, мы остановились и решили подумать.
– Вряд ли он таскал с собой ключи, – заметил Роджер.