«Это то, чем я была обязана этому человеку», — поспешно добавила она, потому что ей не нравилось, что это выражение так быстро и без причины появилось на лице Андурса. Честно говоря, её двигало сожаление о состоянии Каррика. «Кто знает? Может, я и не пройду требования. Моя попытка никому не повредит, правда?» Она одарила Андурса милой, слегка дрожащей улыбкой. «Понимаешь, у меня не было никакой цели, когда я столкнулась с Карриком…»
«Тогда отправляйтесь со мной – или на любом другом корабле. Это» – Андурс
указательный палец направлен на дверь – «тупик».
Киллашандра ещё раз украдкой взглянула на Кристальных Певцов – гордых, отчуждённых и странно сияющих. Она задумчиво нахмурилась, чтобы привлечь внимание Андурса, но эта группа, далёкая и недоступная, действительно была особенным народом, чётко отмеченным тонким отличием, которое выделяло их среди людей, в остальном не менее привлекательных и умных. Это отличие заставляло Певцов выделяться, где бы они ни находились. Навсегда, подумала Киллашандра, как звёздные исполнители, купающиеся в аплодисментах обожающей публики. Раз уж её лишили этого единственного, она попытается добиться этого.
«В них что-то есть...» – произнесла она вслух, робко пожав плечами и криво улыбнувшись. «Знаешь, ты прав насчёт этого напитка…» – и она одарила Андурса более обаятельной улыбкой.
«Я принесу еще».
Она провела приятный вечер с капитаном, хотя и была рада, что это был всего лишь вечер, ведь его ограниченность вскоре стала очевидной. Каррик преподнёс ей много открытий. Но когда Андурс отправился на свой корабль в день смены дат, он лишь выразил сожаление и ещё раз уговорил её быть на борту. Хотя он плыл только до биржи Регулус, Киллашандра могла забрать корабль, отправляющийся в любую точку галактики, используя свой ваучер Гильдии.
Она поблагодарила его, притворившись более сонной, чем была на самом деле, и ушла с мыслью, что его убеждения и его личность поколебали ее.
Лишь гораздо позже она узнала, что его корабль, «Дельта голубого лебедя», задержал вылет, пока разъярённый офицер посадки не вынудил его покинуть корабль. К тому времени она уже находилась в блоке Гильдии на базе.
ГЛАВА 4
Прибыв точно в начало рабочего дня, Киллашандра была не единственной, кто так быстро прибыл. Некоторые из примерно дюжины человек, слонявшихся по просторной приёмной, были, очевидно, покупателями, всматривающимися в дисплеи и записывающими данные на наручных устройствах. Высокий, худой молодой человек был там. Он выглядел испуганным, увидев Киллашандру, и резко отвернулся. Как только Киллашандра заметила, как из панели в дальней части додекаэдра вышли двое мужчин и женщина, кто-то вошел со стороны входа. Киллашандра мельком увидела застывшее, суровое, сердитое лицо и коротко стриженные волосы космического работника, когда мимо неё проплыла худощавая женская фигурка.
Люстра реагировала на вибрации её движения и улавливала тон её голоса. По резонансу звона Киллашандра поняла, что женщина выдвигает требования. Но больше всего Киллашандру удивило то, что женщина из Гильдии не обратила на неё никакого внимания, по-прежнему склонив голову над модулем. Разгневанная космическая работница повторила свой вопрос, теперь уже достаточно резко, чтобы Киллашандра услышала, что женщина требует немедленного прохождения тестирования в качестве кандидата в Гильдию.
Внезапно один из членов Гильдии, извинившись за разговор с покупателем, коснулся руки программистки, переведя её взгляд на разгневанную космическую сотрудницу. Новый поток гневных слов сотряс кристаллические капли, хотя программистку Гильдии, казалось, ничуть не смутила ни её невежливость, ни гнев космической сотрудницы. В следующее мгновение панель в задней части комнаты снова открылась, и космическая сотрудница двинулась к ней, агрессивно вскинув голову и резко выгнув её стройную фигуру. Панель закрылась за ней.
Вздох привлек внимание Киллашандры, и, обернувшись, она увидела рядом с собой молодого человека. На него стоило бы взглянуть ещё раз, ведь у него были густые рыжие вьющиеся волосы – рецессивный признак, встречающийся сейчас реже, чем чистый блонд. Он, очевидно, наблюдал за разговором между космическим работником и программистом Гильдии, словно предвидя такую конфронтацию. Его вздох был вздохом облегчения.
«Она добралась», — пробормотал он себе под нос, а затем, заметив Киллашандру, улыбнулся ей. Его необычно светло-зелёные глаза лукаво блеснули. Инстинктивная антипатия Киллашандры к космонавту сменилась мгновенной симпатией к молодому человеку. «Она была в ярости всю дорогу сюда. Думала, что пролетит через арку десантного терминала, как снаряд, когда она начала наносить удары по формальностям. И после всего этого…» Он широко развёл руками, выражая своё изумление её непринуждённостью.