Не понял, непонимающе уставился я в демонстрируемое Архивом воспоминание. Визуальное, как понятно.
— Это, извиняюсь, как? — озвучил я, потирая ледяной рог.
И удивляться было с чего. Донор четыре раза был в “Башне Совета”, только на первом ярусе. Этот небоскреб был центральным зданием станции, в котором все девять корпораций имели представительство и “мудро правили” окружающим быдлом. Оценивать мудрость я не собираюсь, да и был донор в запредельно дорогих ресторанах и клубах — первый ярус был этаким “тусовочным местом” верхушки станции.
Но не понял я не “сколько выпил, кому впердолил” и прочее. Не понял я то, что в центре здания была светящаяся, здоровенная эфирная надпись. Не прикрытая, без чего-то ещё. Которую донор, от великого ума, принимал за не слишком искусную картинку.
А надпись была здоровенная, причём русским языком. Не глаголицей Беловодья, а самой что ни на есть кириллицей Мира рождения Мороза. И понятной, в плане “что написано”, хотя вот совершенно непонятно остальное.
Зря я с этой фиговиной возился. Совершенно бесполезная вышла. Мне — не нужна. Но пусть будет, может, и пригодится кому. Если оказались тут и нужна — живите. Только не хулиганить!
Может быть, когда-нибудь вернусь и проверю. Мне точно будет весело, а вам — посмотрим. Бугагашеньки!
Всунь Уд
И выходит, всерьёз задумался я, что некий тип из Мира Мороза или ОЧЕНЬ похожего (язык на это указывает прямо) достиг божественной мщи. Имечко, указывающее на узкоглазую культивацию, хоть и не без иронии, указывает “как”. А может и нет, но похоже на то. В рамках эксперимента создал он станцию, ну и махнул на неё божественной лапой — не нужна, мол. А в ней завелись теперешние обитатели.
Ну-у-у… Занятно выходит, отвечает на ряд вопросов, но пофиг, по большому счёту. Мне к жёнам-детям, Логу и Логову надо, а не всякой хернёй страдать. Вот побуду с ними некоторое время, лет этак с тысячу-другую. Тогда и подумаю, страдать или нет.
Кстати, довольно забавно, что Ола с Любой, которых я даже внутренне называл “служанками”, после этой встряски совершенно естественно прописались у меня в категории “жёны любимые”. Ну и к лучшему, в общем-то.
На этом я перестал заниматься мыслеблудием, а начал заниматься делом. Подлетал к станции, сувал туда мордас, после чего с визгом и писком улетал, пока не огрёб. И, по результатам, выходила такая картина:
В станции тусуются не менее трёх хреней повышенной лютости. Они — тупые, уровня простейшего. Они охотятся на меня, как только почувствуют, щупальцами своей перенасыщенной эфиром бесформенной плоти. Они быстрые в плане щупалец, но ОЧЕНЬ медленно передвигаются в рамках станции. Вообще, выходила забавная фигня, что охотясь на меня, они сами себя повреждали. Плотность эфира внутри станции была такова, что стёсывала, деструктурировала быстродвигающуюся плоть хреней. Правда они, похоже, действительно простейшие. И болевых рецепторов не имеют, да и потери, скорее всего, безболезненно восстанавливают.
В общем — сторожевые амёбы запредельной силы. Видимо, от эфирных гостей извне. Но это не Всунь Уд, ну я так думаю. По крайней мере, создатель станции писал — живи, кто хочет. А эфирная жизнь дискриминируема по эфирному признаку? Не думаю.
Скорее всего, сторожевые амёбы — работа местных. Вряд ли создали. Но могли купить… И откормить, например. То есть, в каком-то из Миров такие амёбы есть и используются в виде собак. А местные их приобрели, протащили на станцию, ну и в запредельно плотном эфире хрени отожрались до божественной мощноты. Оставшись сторожевыми амёбами, притом.
Воевать этих амёб — не потяну. Опять культивация, чтоб её всунуло, затосковал я. Встряхнулся и стал думать глыбже и ширше. Амёба — тупая, тезис раз. У неё есть некий критерий срабатывания, проявленный на ЕЁ уровне ощущений. Не может она, например, контролировать-чувствовать-понимать эфир на уровне разумного взаимодействия. Она с ним просто не взаимодействует, на этом уровне и его для неё нет.
А значит, шанс оказаться на станции, без безблагодатной культивации и пафосного нагибаторства, есть. Единственное, на что могут охотиться амёбы — эфирная тварь без тела. То, что тварь, а не душа… Ну ни фига себе, задумался я.