________________________________________________
(1) Растение Альризы. Высокое дерево, напоминающее тис, листья розовые с белой каймой по краям. Цветёт раз в пять лет, цветы не пахнут, однако листовая пластина непосредственно перед цветением распространяет приятный запах, напоминающий смесь корицы и мускатного ореха.
Глава 50. Озеро, которого больше нет
Рассвирепевший кгаллен взвихрил вокруг себя потоки воздуха и, закрутив в этом смерче и барса-защитника, и надоедливую птицу зашвырнул их, словно бесполезные кристаллы-пустышки, сквозь оставшуюся брешь в куполе за спины Магов и Воинов.
— Пашка, да что проис… — только и успел пробормотать коррос, теряя сознание от удара.
Ирбис, в отличие от него, не упал. Мгновенно вскочив на лапы, Паша попытался прыжком снова проникнуть за барьер, однако его остановила мысленная команда того, кого он отныне принял хозяином: «Стоять! Приблизишься — убью». Издав короткий рык, означающий повиновение, барс улёгся на землю рядом с бесчувственным Гошей и стал ждать.
Последнее отверстие в куполе затянулось почти мгновенно, словно рана, умело исцелённая Лекарями. Как Кьют и планировал, Воины по приказу Гиррэ расположились позади Магов двумя рядами, поддерживая защитный купол и энергобарьер. Расстояние от кромки озера до края купола было выдержано идеально. Однако отступники всё ещё медлили и не нападали. Гиррэ заметно колебался, не решаясь подать знак к началу атаки, и Кьют по выражению лица Главы Нээрос понял, что тот разрывается между опасением за своих, чувством вины перед Кьютом и желанием скорее покончить с неприятным делом.
«Как можно жить с такими внутренними метаниями? Разделённая энергия неэффективна. Очередная глупая раса, дробящая единый мир на свет и тьму!» — мысль, полная презрения, снова подогрела злость кгаллена.
— Ну, глупые инфузории, вот и я! Думаете, будто загнали меня в ловушку? — Кьют раскинул руки в стороны, добровольно приглашая смерть. — Так попробуйте лишить жизни, бесплодные самцы мулов! Жажду увидеть, способны ли вы хоть краем антиволны зацепить мой узор?
Его издевательские слова стали последней каплей, переполнившей чашу терпения и без того разгневанных иргов. Даже без команды Гиррэ со всех сторон в центр груди кгаллена устремились потоки разрушительной энергии. Первым атаковал Римар. Собрав силы, он метнул тёмно-бордовый сгусток, похожий на заострённый диск, в сторону Кьюта, уже предвкушая, как это оружие рассечёт первичную нить мутанта, как мощным потоком вытечет жизненная сила, ненадолго окрасив воды озера в золотой оттенок. Поймав себя на чувстве радости, Римар испугался. Никогда ещё он не испытывал подобного удовольствия в миг атаки. Он готов был поклясться, что проклятый мутант посмотрел на него с победной усмешкой, будто всегда знал его истинные побуждения.
Антиволны слились в крутящуюся воронку, направленную острым концом в центр груди Кьюта, но вдруг за миг до соприкосновения смертоносной энергии с телом жертвы физическая оболочка мутанта пропала, и вместо привычного золотого узора глазам иргов явился вращающийся грязно-бурый шар с извивающимся отростком-щупальцем. С отростка медленно вытекала в воды озера ненужная больше фальшивая энергия неправильных линий, которую существо приняло, чтобы выглядеть похожим на итэтэ. Антиволна застыла на расстоянии фаланги пальца от шарообразного существа, чей вид вызывал лишь омерзение. Никто из Воинов и Магов не сумел бы совершить такого. Теперь уже ни у кого из присутствующих не осталось сомнений: перед ними чужак, скорее всего — слепой странник.
Живя на Альризе и постоянно предотвращая Явления, Воины и Маги успели повидать многое, но подобной отвратительной мутации им встречать не доводилось. Крики омерзения сотрясли пространство. Некоторых особенно чувствительных жриц из храма Искусств тут же вывернуло от одного вида гадкого существа, представшего их глазам.
«Боитесь, амёбы?! Бойтесь! Я способен раздавить вас всех вместе и каждого по отдельности!» — звенело внутри иргов, и от этого голоса становилось больно. Казалось, уродец вколачивал свои мысли в чужие вторичные узоры, словно мечтая разорвать энерго-нити, мстя тем, кто едва не уничтожил его.
Римар, стиснув зубы, стоял в первых рядах нападавших вместе с Магами, слегка расставив ноги, и с ненавистью смотрел на кгаллена, готовясь сражаться насмерть, если потребуется. Некоторые ирги, не обладавшие большой сопротивляемостью, катались по траве, сжимая виски ладонями, стремясь изнать из себя чужой голос. Кто-то из Эмпатов орал, словно безумный, царапая ногтями лицо.
— Прекрати!!! — неожиданно разнёсся голос Гиррэ над всей этой вакханалией. — Ты дал слово помогать, а не мучить их! Забыл?!