Воспользовавшись тем, что Гиррэ временно не способен соображать, Кьют двинулся к тому месту, где покорно лежал снежный барс, меж лапами которого спрятался нахохлившийся ворон.
— Итак, помощнички, с вами что делать? — насмешливо спросил Кьют, глядя в преданные глаза ирбиса.
— Я тебе не помощник! — мигом отрёкся от всего Гоша. — На меня не рассчитывай.
— Я обычно и не рассчитываю ни на кого, кроме себя, — признался Кьют. — Меня больше волнует, почему этот зверь, — кгаллен указал пальцем на Пашу, — дважды пытался кинуться на мою защиту. Знаешь, такой… профессиональный интерес! Сколько себя помню, ни одно живое существо ни на одной из планет не пыталось меня оберегать. Чаще убить пытаются, ну и я убиваю при случае тех, кто мне жить мешает. Так в чём причина столь потрясающей жертвенности?
— В тебе узор Богов, — неохотно признался коррос. — Ирбисы подчиняются каждому, кого распознают как Бога.
— Вот это сюрприз! — язвительно усмехнулся Кьют. — Однако, забавно. Ладно, пусть послужит мне, если хочет, до моего отбытия.
— Но Паша не настоящий ирбис и не обязан служить тебе, даже если ты действительно Бог! — возмутился Гоша. — Он — итэтэ, прибывший с Земли. Его узор исказился после того, как в его кровь попал внутренний кристалл смены узора. Теперь его сознание словно в плену. Я бы хотел помочь, но не знаю как.
Кьют задумался.
— И говорящих птиц я прежде не встречал… Что за день такой сегодня?
— Я вовсе не птица, — обиделся Гоша.
— Кто тогда? — кгаллен явно насмехался над ним, но Гоше было не до шуток.
— Ящерица. Мутировал после того, как в результате прохождения Волны часть узора Паши попала в меня.
— Попытаюсь угадать: ты хочешь вернуть себе прежний вид, пока тебя не грохнули жрецы или Лидеры? — заинтересовался Кьют.
— Нет! — замахал крыльями Гоша. — Я хочу стать итэтэ, но не таким, как здешние, а как пришедшие с Земли.
— И в чём трудность? — Кьют указал пальцем себе за спину. — Мы там озерцо с ребятами испарили. Кристаллов — навалом. Когда ирги вынесут улов на берег, найди себе экземпляр, меняющий узор, который в клюв пролезет, а своему другу-неудачнику скорми второй. И не благодари. Раз в триста лет я бываю аномально добрым, — и кгаллен, посчитав беседу оконченной, отправился к краю обрыва, сопровождаемый удивлённым взглядом корроса.
— Вот тебе и раз, — пробормотал Гоша, — а он ведь прав. У Паши в мыслях я однажды прочёл важный закон Земли: «Клин клином вышибают». Если мой друг получит ещё один кристалл смены узора, то, вероятно, они нейтрализуют друг друга, и Паша опять станет собой! А даже если ничего не выйдет, то хуже точно не будет! Надо попробовать.
И, решившись, ворон взлетел в воздух и стал наблюдать с высоты за тем, как ирги выгребают из-под слоя воды драгоценные кристаллы.
Глава 51. Без объявления войны
— Похоже, они пролежали здесь со времён ухода Богов, — Гиррэ рассматривал груды кристаллов, рассыпанных по берегу бывшего озера. — Светорождённые, никем не тронутые! Родились из чьих-то тел и, не будучи востребованными в смутный период, когда Альризу покидали Боги, просто оказались смыты водой, словно акку… Страшно шагнуть в неизвестное, и про эти кристаллы нам никто из жрецов не расскажет, но у нас нет выбора. Рискнём и узнаем сами, — достав из-за пояса короткий кинжал, Гиррэ собрался рассечь руку, чтобы вложить кристалл в надрез, но Римар остановил его, решительно отведя клинок в сторону.
— Ты должен остаться невредимым. Я первый.
— Фиолетовый или зелёный? — с улыбкой спросил Гиррэ, предлагая помощнику два кристалла разных оттенков.
— Ещё бы знать, в чём отличие! — усмехнулся Римар. — Оба совершенно точно позволяют перемещаться. Оба меняют узоры, но их энергооснова разная, и вот этого тонкого отличия осмыслить у меня не получается.
— И я не смог определить, чего именно ждать от каждого из них, — признался Гиррэ, — хоть многое знаю и всякие кристаллы повидал за время, отпущенное мне Альризой!
Помощник Главы Нээрос взвесил кристаллы на ладонях, словно прикидывая, какой тяжелее.
— Фиолетовый, — задумчиво промолвил он, почти уже готовясь выбрать приглянувшийся прибор, но внезапно кто-то ударил его снизу по ладони, и кристалл выкатился на траву. Римар в гневе обернулся и заметил стоящего рядом десятилетнего пацана из расы Тьео. — Эй! Кто тебя научил так непочтительно обращаться со старшими?! — возмутился Римар и вдруг осёкся, приглядываясь к ребёнку. — Погоди, я не припомню, чтобы в нашем поселении когда-либо находились дети!