— Даэна! — заметив юную жрицу, один из землян сорвался с места и бросился к девушке.
Дакусу было безразлично, что о нём подумает команда и итэтэ, у которых он ещё даже толком не успел расспросить, каким образом его люди вместе с кораблём попали в хранилище Ара. Сердце Дакуса часто и громко колотилось. Он был безумно рад снова увидеть ту, с кем его разлучили так надолго. Однако ему не дали шанса прикоснуться к Даэне.
— Ты куда? — осадил землянина Зоурин, преграждая Дакусу путь. — Чужакам нельзя приближаться к жрецам без их согласия! Подобное правило неизменно, даже если рушится мир, и мы вынуждены делить одно убежище.
— Но это ведь Даэна! — пытался что-то втолковать Держателю Круга Дакус, пока Энеобе, Анте, Марсель и Хорхе многозначительно переглядывались и улыбались, настолько очевидной выглядела симпатия помощника капитана к инопланетной девушке.
— Для начала пусть жрица Магов представится, — сурово промолвил Зоурин, всеми силами подавляя рвущийся изнутри голос рассвирепевшего Конрада, кричавший о том, чтобы проклятый итэтэ прекратил выпендриваться и дал ему возможность нормально переговорить с собственной командой, которая наконец появилась в пределах досягаемости. — Я хочу услышать из её собственных уст, кто она! — Держатель Круга шагнул к Даэне, протягивая руку со словами:
— Добро пожаловать в Северный храм! Моё имя — Зоурин. Как зовут вас?
— Даэна, — ответила девушка, подавая жрецу руку. Стоявшая рядом Керала продолжала поддерживать подругу за плечи, не будучи уверенной в том, что её госпожа уже достаточно окрепла, и это совместное мимолётное прикосновение, которого могло вовсе никогда не случиться, замкнуло судьбоносный круг.
Если в масштабах Вселенной порой и случается крайне маловероятное событие, шанс на свершение которого практически равен нулю, оно произошло сейчас.
***
Линии узора и нити судьбы ведут себя одинаково: миллионы лет лениво и медленно тянутся через бессчётное число живых и умирающих миров, альтернативные временные ответвления, Завесы, порталы, сплетая нелепые возможности, забавные случайности, чтобы однажды схлопнуться в одной точке, породив нечто вроде чёрной дыры или взрыва сверхновой.
Держатель Круга Зоурин, приветствуя спасённую жрицу Даэну, коснулся её руки, в то время как представительница иргов Керала, осуждённая за кражу редчайшего кристалла, прикасалась к плечу своей хозяйки, замыкая контур стихийно возникшего треугольника. Чистая случайность. То, чего не должно было произойти. Трое итэтэ, каждый из которых содержал внутри себя симбиотически связанного с ним подселенца из чужого мира, никак не могли встретиться в точке пространства-времени, полностью совпадающей со входом в ядро Альризы!
Альянс не мог предвидеть этого события две тысячи лет назад, закрывая Систему и полагая, будто этой меры безопасности достаточно. Кгаллен Кьют не мог предвидеть подобного исхода восемьсот лет назад, разрывая узоры Шиама и Ни-иты и поклявшись себе, что эти двое обречены на вечную разлуку. Конрад Картрайт не был способен заранее узнать, что случится с ним на Альризе, ведь он не помнил ничего о себе из-за защитных стяжек на узоре, поставленных Землёй. Разве он мог предположить, что с его бессмертием несчастный профессор Барковский связан примерно так же, как аромат испанского винограда с температурой Тихого океана?
И теперь капитану «Далласа» впервые за прожитые годы предстояло сделать внезапное открытие… Картина мира перевернулась. Хаотично разбитый на неправильные кристаллы мозаики мир соединился по-новому — непривычно, пугающе! Конрад вдруг осознал, что на протяжении ста пяти лет называл своим «Я» крошечно малый осколок, жалкую частицу узора, а настоящие его нити простирались ввысь и вширь, далеко за пределы сознания, сплетая петли, изгибы, повороты, сложные узлы, подобные звёздным системам или галактикам. Капитан Конрад Картрайт был лишь одним крохотным «Я» в череде жизней, прожитых существом, носившим изначально совершенно другое имя. Жрец Зоурин являлся его искусственно созданной ипостасью, жившей на Альризе две тысячи лет назад незадолго до того, как Боги покинули планету. Но их всех превосходила сила существа по имени Шиам, связанного первичной нитью с девушкой-шепси, которую Конрад встретил однажды в лесу в теле жрицы Даэны. Пребывало внутри и четвёртое «Я» — то, которое, частично пробудившись, всё это время дарило капитану бессмертие, каждый раз заново возрождая его физическое тело. Конраду ещё только предстояло разобраться с этой древней и самой сложной частью собственного узора.