— Я же не хотел отдавать, — посетовал я, ужаснувшись тому, что натворил.
— Разницы нет. Хотел, не хотел. Он своего добился. Ты его больше не должен увидеть. Он теперь начнёт метаться по молодым мирам в поисках приключений. И всё по корыстной части. Потом, конечно, поумнеет и, в конце концов, окажется в двадцатых годах этого века в… Твоём мире. Это он на смертном одре будет силу передавать Угоднику. Видишь, что ты натворил? — закончила поучать Стихия и рассмеялась, как девчушка.
— Что я наделал! — оглушило меня, как от взрыва.
— Что было, то и будет. Что будет, то и было. Не волнуйся. Пора тебе к Настиному Димке, — напомнила Стихия о неоконченном бедовом деле.
— Можешь пару раз раздвоить монетку? Мне нужно прожить тут некоторое время, — попросил я показать фокус с приумножением капитала.
— Сам справишься. Разок напомню, а потом сколько захочешь, столько настрогаешь. Для этого тебе фляжку набрала. А одиннадцатый скоро домой отбудет. Сложно десятерым мальчишкам сразу двоих подменять. Вот Угодник и выторговал такое соглашение. Так что, давай монетку, — закончила Стихия лекцию с очередными нешуточными для меня новостями.
Я протянул серебряный рублик, она зажала его в кулачок и начала удвоение.
— Мир Сималий. С твоего разрешения, с моего прошения, позволь удвоить эту из серебра монету, — торжественно попросила Стихия и начала уже знакомый фокус.
Она второй рукой крепко обняла кулак с монеткой и затрясла руками так быстро, что мои глаза не поспевали за мельканием воедино слившихся рук. Секунда, другая, и она раздёрнула руки, после чего протянула мне по три монетки на каждой ладошке.
— Ого, — удивилась она, когда увидела, что натворила. — Это Сималий, а не я.
— Понятно, — рассмеялся я. — Складно попросила, он и расстарался.
— Забирай капитал и мчись в Кристалл! — скомандовала Стихия и растворилась в воздухе.
— А в щёчку? — напомнил я и через мгновение почувствовал на левой щеке поцелуй.
«Ну, тётка-красотка. Ну, женщина. Хоть в каком возрасте ни появится, всё одно в краску вгонит», — подумал я тепло и нежно о своей названой сестрёнке Акварии.
— Сималий, мир добрый и щедрый. Спасибо за соседские денежки. Перенеси меня, пожалуйста, ближе к Черёмушкам, а там закинь в Кристалию, — поблагодарил я мир и воспарил над всеми, пока неосознанными событиями, держа курс на далёкие пятиэтажки, которые в этом мире виднелись за многие километры кубанской земли.
Глава 13. Мужские хлопоты
По приземлению меня, как и положено, осыпало молниями, и я сначала пошагал, а потом заговорил с хозяйкой.
— Кристалия, пора, красавица, проснись. Скоро Угодник вернёт Настю домой. А я… А я ещё недельку у тебя поживу. Может, немногим больше. Заодно ума наберусь, уважения к разнице между тобой и Скефием. Собираюсь, по крайней мере, а что получится, посмотрим, — без тени иронии пообещал я и первым делом пошагал в магазин на Анапскую.
«Чем тут универмаги богаты? У меня есть крупинки Димке на ботинки. Складно и ладно. А варёная колбаса здесь водится? Она-то без холода не выживет ни в универмаге, ни в квартире», — грезил я о первых покупках, не требовавших хранения в холодильнике.
Когда приблизился ко входу в универмаг, который так и назывался «На Анапской», неожиданно увидел слева от дверей ряды полинявших вывесок с расписанием его работы.
Первая гласила: «Будни: Утро с 06:00 до 08:00. Техчасы с 08:00 до 16:00. Вечер с 16:00 до 20:00». Чуть правее продолжалось:«Выходные и праздники: с 06:00 до 20:00. Женщинам “в заботе”: ежедневно с 06:00 до 20:00». На третьей, совсем уж нелепой, была специальная надпись для мужчин: «Мужчины “в заботе” без справок ДОМКОМа НЕ ОБСЛУЖИВАЮТСЯ. Мужчины в отгулах и отпусках без справок с места работы НЕ ОБСЛУЖИВАЮТСЯ. Мужчины без талонов СОЦОБЕСа НЕ ОБСЛУЖИВАЮТСЯ. Мужчины на больничном листе и инвалидности без медицинских заключений НЕ ОБСЛУЖИВАЮТСЯ. Мужчины-пенсионеры, имеющие при себе соответствующие удостоверения, приравниваются к мужчинам “в заботе”».
После увиденного, моментально передумал затариваться продуктами и почти уже отвернулся, чтобы улетучиться в сторону Александра-одиннадцатого и Димки, но увидел следующую вывеску, и отнюдь не с рекламой товара.
Надпись не просто удивляла, а пугала до колик в животе: «За нарушение режима работы Универмага штраф до пяти серрублей или общественно полезный труд до семи рабочих дней в местах, указанных председателем РайЖМС».