- В какой еще салон? - со стоном вопрошаю я, предчувствуя что - то нехорошее.
- В салон миссис Остин! - радостно восклицает Джейн, а я чувствую, как мое сердце делает паркур и будто бы вылетает прочь из груди.
Я смотрю на Джейн широко распахнутыми глазами и пытаюсь понять: действительно - ли она так глупа или решила свести меня в могилу?
- Крисси, что такое? - обеспокоенно спрашивает Джейн, заметив перемену в моем настроении. - Что - то случилось?
- Зачем ты записала меня в салон матери моего бывшего? - как можно хладнокровней спрашиваю я, хотя в душе бушует уругана.
Джеймс Остин - мечта многих лондонских леди. Он невыносимо прекрасен и довольно богат. Таких, как он обычно зовут "золотыми мальчиками". Он ведет популярное шоу талантов на одном из главных каналов Великобритании и имеет безупречную репутацию. Увидев его впервые в шестнадцать лет по телевизору, я моментально полюбила его. Его чувственные губы, бойкие, даже наглые зеленые глаза, идеальной формы нос... Красив, как черт, сказали бы вы, а я бы не согласилась. Он красив, как ангел, светлый и невинный. Однако, не всегда внешность отражает душу человека.
Узнав о моей влюбленности, Джейн подняла все свои связи и организовала нам с Джеймсом встречу. Я была смертельно счастлива. Настолько, что даже крикнула в открытое окно: "Лондон, я люблю тебя!".
Наш с Джеймсом внезапно начавшийся роман был страстным и стремительным. Хотя мы и не делили одну постель, мы чувствовали себя непозволительно близкими друг к другу. Он всего - лишь на год старше меня, но вел он себя, как истинный аристократ. Цветы, конфеты, милые сувениры - эти безделушки он дарил мне каждый день, пока я гостила в Лондоне и их же присылал мне каждое воскресенье по почте, пока я была в Мончестере.
Все было, как в сказке и я даже начинала верить в то, что мы с Джеймсом поженимся, у нас родится ребенок и мы будем счастливы вместе. Какой же я была наивной дурой...
Счастье оборвалось год назад. Я тогда решила устроить любимому сюрприз и прилетела в Лондон раньше положеного. Купила его любимые французские пироженые, запаслась ярко - розовыми шариками и отправилась к нему домой, представляя, как он обрадуется. Однако, когда я постучала в дверь его квартиры, открыл мне вовсе не он. Открыла какая - то мерзкая девица с растрепанными, белыми волосами и распутными, голубыми глазами. От неожиданности и резкой боли в районе груди я выронила коробку с пирожаными и выпустила шары. Пелена слез напрочь лишила меня возможности видеть. Ноги затряслись и я чуть было не полетела вниз по лестнице.
Джеймс не заставил себя долго ждать и, громко ругаясь, вылетел ко мне на площадку, оттолкнув девицу. Своим заплетающимся от выпитого алкоголя языком он принелся уверять меня, что это все ошибка, что ему никто не нужен кроме меня. Я его не слушала. Я просто ушла в тот день домой к Джейн, чувствуя себя совершенно опусташенной.
Джеймс пытался все исправить. Он ходил он ко мне раз по пять на дню. Дарил украшения и мои любимые розы, клялся, что даже имени той девицы не помнит. Но я знаю, очень хорошо знаю, что предатели не меняются. Это был конец. Конец всего, что мы так долго и упорно строили вместе...
- Ох, милая, прости, я не подумала, - виновато шепчет Джейн. - Просто запись завтра на утро была только в салоне у миссис Остин и я...
- Не стоит извиняться. - вздыхаю я. Всегда знала, что умом Джейн практически не обладает. - Позволь спросить: зачем мне вообще нужно в салон?
- Завтра вечером мы идем в клуб одного очень уважаемого человека. - таинственно молвит Джейн.
"Вот только этого мне еще не хватало!", - хочется прокричать мне, но я сдерживаю себя.
- Да брось, Крисси, - вдруг заливается хохотом Джейн, - У тебя сейчас лицо, как у макаки в брачный период. Не волнуйся, мы просто расслабимся и вернемся домой. Ладно?
- Как скажешь. - предпочитаю согласиться, ибо спорить с теткой бесполезно.
Мы перекинулись еще парочкой фраз о погоде и, включив американский джаз погроме, молча уставились в окна.
Мы уже въехали в Лондон. Ничего примечательного. Серое небо, серые здания, серые, спешащие кто - куда люди. Даже вековые деревья, раскинувшие свои пушистые ветви казались мне какими - то бесцветными.
Наконец Джейн привезла меня домой. Она по - прежнему жила в роскошной, трехкомнатной квартире в самом сердце Нейтсбриджского района.
Вещей было совсем немного. Мы с Джейн затащили их на третий этаж с одного захода. Мне досталась спальня в северной части квартиры с окнами на широкую, вечно заполненную машинами дорогу. Эта комната числилась за мной с самого детства. Темный паркет, бархатные, тяжелые шторы, высокий потолок, два кресла у журнального столика и огромная кровать у шкафа - все здесь было как прежде. Не изменилось ни единной детали.
Джейн помогла мне разобрать вещи и удалилась в кухню пить чай. Я же беру косметичку и иду в ванную, приводить себя в порядок. Быстро закончив с воднными процедурами, я заглядываю в большое зеркало. Оттуда, из его мутных глубин на меня смотрит маленькая, худенькая девушка со светло - розовой кожей, спутанными рыжими волосами, совершенно не выразительными, карими глазами и веснушками на овальном лице.
Интересно, увижу ли я завтра в салоне Джеймса? Он ведь обожает заходить к матери на работу и жаловаться на назойливых поклониц. Если да, то что мы скажем друг другу? И скажем ли вообще? Обеспкоенная этими мыслями, я отправилась в кухню сплетничать с Джейн за чашечкой горячего чая.