— Понимаю, отчет на носу, а у нас одни раскрытия, — Колюня откинулся на спинку стула и закинул конец шарфа за плечо. — Одно радует, висяков по трупам нет, — поймав взгляд Муратова, Колюня не смутился, — я про новые дела говорю, чего старые то поминать? Новый Год пережили, и, слава богу, через месяц, другой, начальство по отпускам разъедется, тогда и работать легче станет.
— Умеешь ты себя уговорить, — Муратов задумчиво покачал головой, — меня прокуратура каждый день не по разу трясет, а мне, чтобы уже готовые дела сдать, еще отпечатать и подшить кучу бумаг надо. Где время на все взять, ума не приложу.
— Плохо, Бек, что у тебя женщины нет. Особенно из бухгалтерии.
— Это еще почему?
— Она бы тебе, между делом, все отпечатала, зарплатку бы до копеечки подсчитала…
— Эх, Колюня, короткая у тебя память, забыл, как Света твою зарплату выдавала тебе пайком каждый день?
— Ты что, — замахал руками Колюня, — разве такое забудешь? Светка — это даже не ошибка молодости, а ее бесславная кончина. Ты прав, Бек, лучше мучаться в одиночку. Я вот последнюю ставку на Танюху сделал, не оправдает, умру холостяком! Или в монастырь, женский! А что? Послушником?
— Ладно, работать давай, послушник, у тебя на сегодня вызовы свидетелей есть?
— После обеда и вечером. Прокурор на доследование дело вернул, об избиении финансовым директором сотрудника фирмы «Галактика», помнишь?
— Что-то припоминаю…
— Потерпевший по суду требует какое-то офигенное материальное возмещение. Короче, необходимо повысить процент заинтересованных с обеих сторон лиц. Мне то по барабану, только уже полгода прошло, сотрудники этой фирмы, кто уволился, кто напрочь потерял интерес ко всей этой байде. Вылавливай их теперь. Такая вот хрень, как видишь.
— А в прокуратуру ты когда? — заинтересовался Казбек.
— Завтра, — убежденно заверил его Коля не терпящим возражения голосом, — неужели ты думаешь, что я стану нянчиться со всем этим барахлом целую неделю?
— Слушай, ты мне, я тебе. Узнай по своим каналам, что там с делом Лисневского. Мне бы по фактикам, что-нибудь определенное, понимаешь? А то хожу по кругу, никак сути не уловлю. Человек пропал бесследно, а все как в тумане, ни бе, ни ме, — Казбек хотел еще что-то добавить, но промолчал. Ряшенцев начиркал что-то быстро в блокноте, убрал его в карман и, проверив еще раз содержимое пустого пакета из-под пирогов, удрученно вздохнул.
— И снова в бой! Кстати, Бек, раз уж мы уговорились, навести ребят из убойного отдела. У них в разработке дела наших местных мафиози. Подкинь заключение по тачке Бажаева. Вагит заявление об угоне подал, а когда машину нашли, широкий жест сделал, мол, дарю, дорогие опера, делайте с ней что хотите. Короче, пусть ребята сами приезжают, посмотрят на нее, поколдуют, может им что в голову придет. Нутром чувствую, что-то здесь не так. Спецы из наркоконтроля звонили, просят поучаствовать в разработке совместно. Есть информация о трафике, идёт проверка.
Коля порылся у себя в столе и достал бумажную серую папку с тряпичными завязками. Внутри папки находилось несколько файлов. Выудив один, Ряшенцев протянул его Казбеку, — Это копия, я ее через копирку печатал. Там осмотр и заключение о перестрелке.
Казбек кивнул и аккуратно положил листки вместе со своими бумагами. Для начала он позвонил в оперативно-розыскной отдел, переписал под диктовку информацию по всем телефонным звонкам, пришедшим на пульт дежурного. Заручившись списком, Казбек стал придирчиво изучать информацию. Большую часть пришлось вычеркнуть сразу из-за явных несостыковок во времени и месте. В морге при отделе судебно-медицинской экспертизы находилось два неопознанных женских трупа, и Муратов решил наведаться прямиком туда, благо, что ему следовало забрать парочку заключений по другим делам для себя и Коли Ряшенцева. Объявив Колюне о своем решении, Казбек подхватил кожаную папку и вышел из кабинета, запихивая на ходу в нее прозрачный файл с несколькими листками. Ряшенцев некоторое время сидел молча, глядя в спину уходящего товарища, а затем опять зарылся в ворох бумаг и документов, лежавших на его столе.
…В морге было тихо. Стараясь не издавать шума, Бек аккуратно прошел по кафельному полу и приблизился к металлической двери. Постучав, вошел. У окна сидела очень красивая женщина. Она была уже немолода, но Бек невольно залюбовался ее белокурыми волосами, скрученными в косу и короной выложенными на затылке. Казбеку довольно часто приходилось бывать в этом скорбном месте, но попадал он в смену старейшего патологоанатома Дмитрия Павловича, и сейчас, обнаружив нового человека, Муратов несколько стушевался. У женщины были невозможно голубые глаза. Морщинки вокруг них совершенно не портили общего вида, придавая лицу благородство и вечность неувядающей красоты.