Наташа пискнула что-то нечленораздельное и вытерла нос. Товарищи Позгалёва с интересом наблюдали за происходящим.
— Пообедать пригласили, — Наташа натянуто улыбнулась, — мне кухня не понравилась. Ты ж меня знаешь, человек я простой и вкусы, собственно, тоже у меня так себе, — она помахала рукой мужчинам в коже, — здрасте!
— А на улицу, почему, раздетая вышла?
— Проветриться.
Через плечо брата Наташа увидела Вадима. Тот, стоя в дверях, настороженно разглядывал Позгалёва и его товарищей, — ты забыла номерок, — он протянул металлическую бирку.
— Так ты сгоняй по-быстрому, видишь, девушка замёрзла? — голос Сергея не предвещал ничего хорошего.
Вернувшись, Вадим помог Наташе надеть пальто. Позгалёв несколько секунд наблюдал за происходящим, а затем похлопал Вадима по плечам, словно выбивая из них пыль.
— Этот, что ли, тебя пригласил? Хлипкий какой-то.
— Ага, — Наташа шмыгнула носом, — институтский товарищ. Конспектами обмениваемся. Ты ничего не подумай.
— Да разве ж я могу подумать такую гадость о родной сестре? — мужчины стали посмеиваться и обмениваться шутками. Вадим был бледен.
— Может товарищ твой тебя и до слёз довёл?
— Меня? До слёз? — Наташа передёрнула плечами и упёрла руки в крутые бока, — не выдумывай! Ты же знаешь, я крепка яки сталь!
На стоянке стало оживлённо. Друзья Сергея рассаживались по своим авто. Позгалёв взглянул на часы, затем на сестру, — так, малая, тебя надо везти домой.
— Я отвезу, — подал голос Вадим.
— Пил? — Сергей потянул носом.
— Один глоток. Немного разлил, — Вадим провёл руками по волосам и джемперу, — сейчас выветрится.
— А ты не сможешь меня отвезти? — Наташа, сдерживая брезгливое выражение лица, повисла на плече брата, — не хочу человека напрягать.
— Нет, извини, — Сергей обменялся знаками с сидящими в ближайшем джипе. Обхватив Карепина за плечи, слегка подтолкнул того по ступенькам вниз, — довезешь в целости и сохранности. А ты, — он убрал прилипший к щеке Наташи волосок, через полчаса будь дома. Я свои дела закончу и к вам приеду.
— Да, поняла, — буркнула Наташа и, не оглядываясь, пошла к машине Карепина.
В это время в парке ресторана, на скамейке, сидел щуплый паренёк и кормил хлебом птиц. Иса дождался, когда все разъедутся, затем встал и, отряхнув брюки от крошек, позвонил с мобильного телефона. Может, качество кадров и не было столь замечательным, но, кроме голубей и ворон на фото попали и Сеня Марченко, и Паша Мизинец, и Вадим Карепин в обнимку с Сергеем Позгалёвым. Иса был очень горд собой и надеялся на то, что будет оценён по достоинству. Поэтому свой первый звонок он сделал своему непосредственному руководителю, Абу Галиеву.
— Даже не думай, что я поеду с тобой, — Наташа застегнула все пуговицы на пальто и, проследив за скрывшимся из поля зрения кортежем, зашагала к остановке общественного транспорта. Через несколько шагов обернулась и показала Вадиму средний палец руки. Проголосовав, она села в первую же остановившуюся машину. Вадим был несколько растерян. Но врождённый пофигизм, как всегда, одержал верх над зачатками здравого смысла.
33
Казбек несколько часов просидел в архиве, радуясь хотя бы тому, что смог позаботиться обо всём накануне, отправив запрос с личной подписью начальника РОВД. Вернувшись в отдел, он был зол, голоден и, вследствие этого, немногословен. Ряшенцев встретил его, выбегая из кабинета, на ходу застёгивая молнию куртки.
— Привет! Я до криминалистов и обратно, не уходи! Анатольич уже сегодня тряс меня о возбуждении уголовного по Лисневской, что скажешь?
Муратов кинул папку на свой стол, — нету тела, нету дела, Колюня, во всяком случае, уголовного. Пока только следственно-оперативные мероприятия.
— Ну, я так и сказал, — Ряшенцев хлопнул дверью, оставив Казбека одного.
Муратов достал фотографию Леры и прислонил к графину с водой. Он уже не сомневался, что это именно она была с племянником Байрамова в клубе «Три котла». Нет, когда он провожал Веру до дома, она не сказала ему об этом однозначно. Но всё её поведение-бегающие глаза, перескакивание с одной темы на другую, слишком громкий смех, наводили именно на эту мысль. Кроме собственной уверенности у Казбека ничего не было, а одну уверенность, как известно, к делу не пришьёшь. Надо было копать. И копать приходилось издалека.
Муратов положил перед собой лист бумаги и взял карандаш. Написав посередине имя «Валерия», он подумал и приписал «Л». Рядом под большим знаком вопроса отметил Руслана Бероева. Сверху родителей Леры. Начав чертить стрелки, которые должны были означать друзей и подруг девушки, он внезапно остановился. Взяв новый лист, размашисто чиркнул имя Нелли Лисневской и взял трубку телефона.