— О, как. Каламус, ты это слышала, слышала? — Восторг в его голосе только усилился.
— Я это слышала, — очередная запись.
— Какой интересный у нас мальчик тут сидит. Расскажи мне, что тебя так насмешило. Мне очень-очень интересно.
— Ничего, просто вы довольно странный.
— Это я странный? Нет, я не странный. А вот ты – да. К нам попадает ребёнок, с проводником, которого не видели уже многие столетия, ещё и ухмыляется тут. Я поражён. Ты словно не от мира сего.
— И откуда же я?
Максим почувствовал какой-то азарт во всём этом. Ему захотелось показать этим странным людям, которые издеваются над детьми, что он не простой ребёнок, как они тут считают.
— Ох, какой интересный и смелый мальчик. Ну, давай я тебе отвечу. Возможно ты очередной сбежавший сын кого-то из знати. Смог каким-то чудом найти такого проводника и теперь считаешь, что весь мир тебя должен бояться и почитать. Я угадал?
— Вы правы. Но тогда вы разве не обязаны отпустить меня, иначе мои родители будут недовольны.
После своих слов Максим понял, что совершил ошибку. Лица людей, которые были перед ними, нахмурились. Женщина перестала писать, а мужчина наклонился как можно ближе к ребёнку, рассматривая каждую деталь в его лице.
У Макса встал ком в горле. Он так громко его проглотил, что казалось, это услышали даже за дверью. Руки резко вспотели, а мальчик пытался понять, что именно он сказал не так.
Затем мужчина медленно отодвинулся, вновь скрестил руки в замок и прикрыл ими рот.
— Знаешь, интересный мальчик, — убрав веселье из голоса, начал он. — Я думал, что как только получу тебя, то смогу найти ответ, как ты нашёл то существо. Но теперь у меня ещё больше вопросов. Ты весьма необычный ребёнок. Говоришь не так. Конечно твой друг тоже весьма смелый и забавный, но он всё же похож на остальных детей. Но что-то в тебе меня настораживает. Ещё и это твоё заявление о родителях. Каждый невежда знает, что если ребёнок сбегает от родителей, то он начинает принадлежать нашей организации. Больше его для своей семьи не существует. А ты так глупо стал пугать нас этим. Это весьма странно. — Мужчина опёрся локтями на стол и за всё время разговора не спускал взгляд с Максима. — Назови мне своё имя.
— Фортем Устум, — сразу ответил заученное наизусть имя Макс.
После того случая с монахом, Умбра заставлял Максима каждый раз учить имя так, чтобы оно отскакивало без единой запинки.
— Слишком быстро, — тон мужчины стал ещё суровее. — Ты сказал слишком быстро. Будто специально для таких моментов приготовил заученную фразу. Видно, это не твоё настоящее имя. Ну, мы его выясним. Меня сейчас волнует другое. Обычных вещей ты не знаешь, имя у тебя чужое, даже твой акцент. Он конечно почти идеальный, но некоторые звуки ты произносишь не совсем привычно. И ещё этот невероятный проводник у такого мальца. Знал ли ты, что род твоего напарника исчез почти семьсот лет назад? Они пропали, ровно в тот момент, когда стали убивать…
Мужчина прервался. Он вытянул лицо от удивления, что даже рот немного приоткрылся. Затем вскочив, мужчина чуть ли не через стол пролетел, хватая лицо Максима. Он рассматривал каждую родинку и веснушку.
— Нет, этого не может быть.
— Сэр, что с вами?
Каламус не успела получить ответ. В комнату вошли те самые женщины, которые до этого привели с собой проводников. Они стали что-то говорить мужчине, постоянно показывая на Макса.
Мальчик подозревал, о чём именно они могут говорить. Но до последнего надеялся, что ошибся. Нельзя, чтобы они узнали, иначе ему несдобровать. Затем все четверо уставились на ребёнка.
— Если не хочешь, чтобы тебя разрезали на мелкие кусочки для анализа, то немедленно говори кто ты и откуда. И не стоит врать, иначе хуже будет.
Мальчик понял, что мужчина не шутит. Он перестал походить на того дурочка, которым вошёл сюда. Теперь ребёнок понял, что в этот раз ему не удастся выкрутиться или уйти от ответа.
— Меня зовут Максим Прокопьев. Я с Земли.
Глава 16 Встреча в темнице
В штабе начался переполох. Почти все работники столпились у дверей, чтобы мельком увидеть первого землянина за много лет. Об этом событии сразу доложили в главный штаб. Максима отвели в отдельную комнату, где ему развязали руки и стали задавать различные вопросы.