поражено прошептала она, будто не веря, тому ли, что у нее хватило смелости вот так взять и приехать. Или тому, что он так радостно осыпал ее поцелуями, и так тепло и трогательно прижимает к себе. - Прогнать тебя?! Ну, что ты! Я что, сумасшедший?! - в счастливом недоумении проговорил он, - Я так рад видеть тебя! - Правда? А я так боялась... - то ли смущенно, то ли растерянно проговорила она. - Ну, что же ты стоишь на пороге? - спохватился Рик, - Проходи же! Легко подхватив ее сумку, он за руку ввел ее в номер. - Ты, верно, голодна? - заботливо спросил он, снимая трубку местного телефона. Пере заказав полдник, он позвонил в аэропорт и заказал второй билет в Пиренеи. - Что ты только что сделал? - изумленно спросила Синти, когда он сел с ней рядом. - Заказал билет. - Целуя ей руку, ответил он, - Билет для тебя. - Но я... Ты решил все за меня... Ты ведь не знаешь, зачем я здесь! - Это ясно! - убежденно заявил он, - Ты здесь, чтобы быть со мной! - Но... - попыталась она возразить, потрясенная его решительностью или откровенным нахальством. - Послушай! - начал он ласково, словно уговаривая непонятливого упрямого ребенка, - Ты решилась на этот шаг. И ты здесь. И я очень рад этому. Но клянусь тебе, еще минуту, и я сам бы полетел к тебе. Да! - ответил он на ее изумленный недоверчивый взгляд. - Я как раз сидел здесь и раскидывал мозгами, сколько у меня займет времени полет и уговоры. Я собрался забрать тебя с собой. И теперь, когда ты здесь, я уже ни за что не откажусь от своего решения. И вот теперь, три месяца спустя, он лежал в одной из многочисленных кроватей отелей и, изнывая от ревности, пытался убедить себя в том, что то, что он чувствует к Синтии, вовсе не любовь. То есть любовь, но не та прочная, из-за которой расстаются со старыми привычками, долгими поездками, оседанием где-нибудь на одном, тщательно выбранном месте. В общем, он был еще не готов к серьезным отношениям, к тому, чтобы все бросить и начать вить гнездо. Хотя Синтия никогда не жаловалась. Ей нравилась их бесшабашная жизнь: постоянные полеты, переезды, комнаты отелей, обеды и ужины в ресторанах и кафе. Но почему же он все чаще думает об этом?! - Синтия! - позвал он, приподнявшись на локте. - А? Что? - словно очнувшись, откликнулась она. Вскинув свою белокурую головку, с нежной улыбкой она обернулась, - Почему ты не спишь?! - ласково пожурила она, - Тебе рано вставать! Отложив ручку в сторону, она встала с мягкой кошачьей грацией. Рика всегда поражала и очаровывала ее повадка двигаться. - Тебе не спится? - томно спросила она, забираясь на кровать. - Да. - Задумчиво ответил он. - И давно ты не спишь? - с игривой задиристостью спросила она, нежно целуя его подбородок. - Я все думаю, - отстранено сказал он, пытаясь быть серьезным, борясь с ее соблазнительной близостью. Он отстранил ее твердой рукой. - И о чем же ты думаешь? - спросила она с лукавой обидой, надув губки. - Почему ты приехала ко мне? - Ну, я же сто раз уже тебе говорила об этом. - И все же, я хочу еще раз услышать и понять. Почему? - Ну, потому что я вдруг почувствовала, что должна увидеть тебя! - она старательно играла смущенную растерянность. - Все эти твои открытки, фотографии. Твои записки. И ты был так рядом. В Лондоне. Не знаю. Я вдруг подумала, что мне просто необходимо увидеться с тобой. И потом, я ведь не миллионерша, чтобы гоняться за тобой по всему свету. А билет до Лондона был мне почти по карману. А ты, почему хотел приехать ко мне? - промурлыкала она, опасно приближаясь. - Подожди, Синти, подожди! - вскричал он и, словно опасаясь ее невозможной близости. Он сердито вскочил с кровати. - Мы почти не говорим с тобой! - возмущенно пробурчал он, запахивая халат, - Я прихожу, и мы прыгаем в постель. Мы все время проводим либо на людях, либо в постели. - Но разве не об этом мечтают все мужчины? - негодующе перебила она. Он шокировано уставился на нее. - Вы, только и мечтаете, чтобы женщина была лишь игрушкой. Милой и нежной забавой. Причем, вы терпеть не можете, когда мы, начинаем думать. Какой ужас, у этой куколки есть мозги! Разве не так? - Нет, подожди, ты не так все поняла, - вставил Энрике. - Неужели? - насмешливо бросила она. - Знаешь, что я тебе скажу, ты злишься потому, что это я приняла решение. Я взяла и приехала. Вот если бы я сидела дома, а ты бы приехал и избавил меня от этой скучной жизни в халате и в тапочках. Вот тогда бы у тебя не возникло никаких вопросов. Верно? Синтия сердито встала. - Куда ты? - обеспокоено спросил он. Ему вдруг показалось, что она может уйти. У него сжалось сердце при мысли, что он может так по-глупому потерять ее. - Не беспокойся! - одарила она его, обернувшись, ядовитой улыбкой, словно прочитав его мысли. - Я всего лишь в душ! Можно? У него отлегло от сердца, словно камень с души свалился: «Ну, конечно же, она никуда не уйдет!» - подумал он. - Синтия, я просто хочу понять, хочу разобраться в наших отношениях, - виновато объяснил он вслух. - А что тут разбираться? - запальчиво спросила она. - Мы вместе, пока нам это нравится. Никаких обязательств. Если я надоела тебе, так и скажи! - Нет! Синтия, нет! Ну что ты! - Испуганно вскрикнул он. - Просто мы вот уже три месяца вместе...Ты считаешь дни? - съязвила Синтия. - Я ничего о тебе не знаю! - В отчаянии вскрикнул он. - Я живу с человеком, которого абсолютно не знаю! - Не живи! - сердито бросила Синтия и скрылась в ванной, хлопнув дверью. * * * Прости мня! - Рик с виноватой улыбкой заключил Синтию в объятия на пороге в ванную. Синтия сохраняла холодное молчание. - Ты так долго купалась, что я уж подумал, не растворилась ли ты, - с оттенком ревности пошутил он. Рик нежно прильнул губами к ее шее. Она холодно отстранилась. - Тебе ведь надоел секс, - сердито бросила она, - или вернее сказать, секс со мной?!Нет, Синтия, нет! - порывисто возразил он. - Просто ведь это не все! - Я понимаю, - деловито согласилась она. - Но... - растеряно она взглянула в его глаза, словно сомневаясь, поймет ли он, - Я просто не знаю, что со мной творится в последнее время. - Виновато обижено заявила она. - Прости меня! - Ее губка предательски вздрогнула. И Рик подумал, что не вынесет ее слез. Он нежно прижал ее к себе. - Прости меня! Если ты не хочешь говорить ни о чем, я больше не буду спрашивать... - Обещаю! - Нет! нет! - Запротестовала она. - Я не хочу, чтобы ты думал, что у меня есть какая-нибудь там страшная тайна. Нет! просто.... Ну, я не знаю... Я, наверное, просто не умею говорить о себе! И еще... - Синтия трогательно закусила губу, - я.… в общем, я думаю, ты должен знать... потому, что тебя это тоже касается... - Да? - Рик отдал бы все на свете, лишь бы был в силах ей помочь. - Я беременна! - выпалила Синтия. - И.…, и я готова рассказать тебе все о себе, если, конечно, у.… у тебя хватит терпения меня выслушать, - запинаясь от волнения, быстро проговорила она, - потому, потому что я плохой рассказчик. Особенно, когда волнуюсь. А.… а ты... заставляешь меня всегда волноваться... - Подожди! - взволнованно остановил он ее. - Ты беременна?! - Да! - она смущенно потупилась. - Ты уверена? - серьезно спросил он. Дотронувшись рукой до ее подбородка, он приподнял ее голову. Настойчиво заглянул в ее глаза. - Да! - твердо заявила она без тени сомнения. - И я лучше оставлю тебя... если... если мне придется выбирать, кого оставить! - она бесстрашно смотрела ему в глаза. - То есть, как оставить? - не понял он. - Ты готова убить нашего ребенка, чтобы остаться со мной? - потрясено спросил он. - Нет! - Рассерженная такой нелепостью вскрикнула Синтия. - Нет! Я сказала.... То есть... Я имела в виду... Все наоборот! Ну, вот видишь! - Несчастно заметила она. - Я совсем не умею ничего объяснять! Она прошла в комнату. Беззастенчиво сбросив полотенце, стала одеваться. - И давно? - Потрясено осведомился он, осторожно присев на край постели. - Что давно? - Не оборачиваясь, и продолжая облачаться в одежду, уточнила Синтия отчужденно. - Давно ли я беременна? Давно ли это касается тебя? Давно ли я готова расстаться с тобой во имя ребенка? Или давно ли я не способна что-либо объяснить? - Перестань! - Взорвался он. - Перестань это делать! Сядь. Успокойся. Нам давно уже пора сесть и спокойно с тобой поговорить. Синтия сердито бросила одежду и села, отвернувшись от него. Рик вздохнул и с терпеливой выдержкой пересел на пуфик, подставив его, напротив, Синтии. - Я хочу знать, давно ли ты беременна? У него был тон взбешенного папочки, не желающего пугать своего ребенка вспышкой праведного гнева, и желающего разобраться в причинах вредности своего чада. - Три месяца! - испуганно пролепетала Синтия. Она смотрела на него невинными, широко распахнутыми глазами. Она казалась ему такой хрупкой, такой беззащитной, что он мысленно обругал себя за черствость. Встав перед ней на колени, Рик нежно улыбнувшись, прижал ее к себе, как самое дорогое на свете существо. - Что же ты раньше не сказала? - ласково пожурил он ее, садясь рядом. - Я так боялась! - со слезами в голосе пролепетала Синтия и, жалобно всхлипнув, уткнулась ему в плечо. - Я боялась потерять тебя. Боялась... что... что окажусь ненужной тебе с ребенком... - Ну, что ты, глупенькая! Разве ты можешь быть ненужной? Неужели ты не видишь, не понимаешь... Синтия растерянно взглянула ему в глаза. - А что я должна видеть? - пожаловалась она. - Ты никогда не говорил... ничего такого, чтобы я могла понять, что хоть чуть-чуть дорога тебе! - Неправда! - Рик с нежной суровостью погрозил ей пальцем. - Разве я не говорил, что я без ума от тебя?! - Но это... это совсем другое! - возмутилась Синти. - Я почти все время говорю, что люблю тебя, а ты не сказал мне этого ни разу! - Я дума