25. Гринго - Некоторые применяют этот термин, хотя технически он является оскорблением. Расовые оскорбления предназначены для того, чтобы причинить боль, и они причиняют. Они дают понять, что вы не являетесь частью «моего клуба» и никогда им не будете, каким бы прекрасным человеком вы ни были. (Джей Л. Кленденин / Los Angeles Times) в колонке Густаво Арельяно определяет "гринго" как "состояние ума больше, чем расу — философию, которая ненавидит все мексиканское".
55
Самолет взмывал в воздух. Молодая женщина, сидящая у окна, с грустью прощалась взглядом с полюбившейся ей землей сказочного счастья, имя которой - Япония! Она сильно сомневалась, что когда-нибудь вернется в эту сказочную страну. К этому образу жизни, когда не нужно заботиться о деньгах. И всех проблем, составляет только жить в свое удовольствие. Прощаясь с Токио, она прощалась со своей райской жизнью, и с человеком, который так щедро ее ей подарил. Она отрекалась от любимого и от роскоши, которую он мог бы ей предложить во имя плода любви, зародившегося в ее лоне, и который он, не задумываясь, уничтожил бы, если бы узнал о его существовании, как неуместную обузу. Она уезжала, отрекаясь. Увозя и спасая самое ценное, что могло быть в жизни. Она спасала частичку себя, частичку возлюбленного. Крохотное живое существо, поселившееся у нее под сердцем, искало защиты. И она ни за какие сокровища мира не смогла бы отказать этому трепетному зову. Признаков этого чудесного создания еще не было видно для окружающих, но она знала, что оно уже здесь. Она чувствовала, как спешит, бьется его ретивое сердечко, как он дышит, растет. По лицу, красивому, нежному, разлилась чарующая улыбка. Да, она уезжала. Вступала в трудную, нелегкую жизнь. Она не строила напрасных иллюзий, и прекрасно понимала, как горько, как тяжко ей порой будет приходиться. «Ну, что ж, я должна пройти через это. И у меня... нет, у нас, мой дорогой, - она, положив руку на свой живот, нежно обняла крохотное существо, обитающее там, - У нас! все получится! Все будет просто замечательно! Мне никогда ничего не давалось легко. Всего приходилось добиваться самой. И теперь я просто возвращаюсь из кроличьей норы в реальный мир, как Алиса. Здесь, по крайней мере, все ясно! Вот Лауре было бы намного тяжелее, окажись она в моей ситуации, - размышляла Синтия, - Она, Алиса, рожденная в стране чудес. Реальный мир, предстань он перед ее глазами без фитишных завес, оказался бы для нее катастрофой. А для меня все это знакомо. Я лишь совершила удивительную прогулку в страну чудес. Пора возвращаться в мир, где кошка - это кошка, а ложка - это ложка...» «Лаура! - мысленно вернулась к образу своей подруги Синтия. - Когда-то я так любила тебя! Мы были лучшими подругами.... Как случилось, что тень зла пролегла между нами?! Как мы, нет, нужно быть справедливой, как я, позволила, чтобы ОН встал между нами?! Я знала, как она несчастна. Как одинока. И я ненавидела ее. Ненавидела всем сердцем. Желала мести. Но это не она повинна в моей беде! Орландо! Да! Вот кто достоин мести! А Лауре я напишу, - твердо решила Синти. - Она поможет мне все держать под контролем. Я буду вынашивать свою месть годами, лелеять и растить ее, как свое дитя! И однажды!.. » - Девушка, здесь свободно? - прервал бархатный голос маниакальные фантазии Синтии. Она подняла растерянный взгляд на того, кто прервал ход ее мыслей, и обомлела. Это был ОН. И не ОН. Ей показалось, что она начинает сходить с ума. Перед ней стоял Орландо! Но почему у него такие темные, жгучие зеленые глаза?! И черные щегольские усики, тонкой изящной ниточкой обрамляют любимый, до боли знакомый, красиво очерченный рот. То же лицо, но что-то в нем не то! Незнакомое! Чужое! Эти губы зашевелились, и она услышала чужой, но приятный голос со знакомой трогательной хрипотцой. - Здесь свободно, красавица?! - спросил он. И она кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Он сел и, откинувшись на спинку кресла, произнес довольным голосом с медовой улыбкой на губах: - Самая приятная вещь на свете - возможность спокойно отдохнуть в удобном кресле! Синтия, наконец, осознала, что это не Орландо, а кто-то невероятным образом, похожий на него. Это было невыносимо, видеть любимое лицо с чужими глазами, отражающими в темно-зеленом омуте неведомую душу. Не замечая ее потрясения, незнакомец продолжал вести односторонний диалог, нисколько не беспокоясь о том, что она не собирается вступать в него. Он с таким же увлечением говорил бы, наверное, и с бессловесной собакой, и даже с безучастной мраморной статуей. Ему просто было важно выражать свои мысли. И, возможно, он даже был рад, что его не перебивают, не мешают незатейливому ходу мыслей. У него была такая манера, мыслить вслух. И от этой привилегии он ни за что бы, ни отказался. Ну, а если кому-то это и не нравилось, ну, что ж, тем хуже для них. Сейчас он разглагольствовал о том, чем отличаются кресла второго класса, которым он летел согласно билету, от кресел первого класса, куда он перебрался, заплатив стюардессе. Таким образом, он имел возможность сэкономить «добренькую» сумму и лететь в замечательном комфорте. - Вообще-то, - размышлял он вслух, - по натуре я не скуп. Но так, как денег я не печатаю и не занимаюсь нелегальным бизнесом в угоду своего старшего братца, приходится иногда экономить. Особенно сейчас, когда я несколько поиздержался, безумно потратившись на новое оборудование. Из старого сыпался песок! - пояснил он, невзначай заинтригованный и польщенный тем, что эта очаровательная куколка так увлеченно его слушает и смотрит на него, как на чудо, не спуская глаз. - Теперь с новым оборудованием, оно поистине чудесно, работа превратится в праздник. Хотя я вообще обожаю свою работу! Всегда любил. Даже когда всем моим оборудованием была шариковая ручка с блокнотом. Сейчас я возвращаюсь из отпуска. Работал над серией фото картин, но это в основном, хобби, хотя я фоторепортер. Ах, да! Я же не представился, прошу простить великодушно мне мою рассеянность. Но я так рад найти в лице такой красивой девушки такого внимательного собеседника. Хотя говорю все время я. Но вы восхитительно умеете слушать! Знаете, это талант! Безусловно! Вы, случайно, не психолог по профессии? Она отрицательно покачала головой. - Нет?! Ну, так, наверное, и лучше! Жизнь у психологов - сущий ад! У меня есть друг, он психолог. Когда мы встречаемся, он говорит, а я слушаю, хотя с моим горячим темпераментом, это сложновато. Но из любви к своему приятелю я готов превратиться из оратора в слушателя. Это полезно его послушать, он кладезь мудрости и захватывающих историй из жизни реальных людей, его клиентов. Надо отметить, истории человеческих судеб бывают удивительны, уникальны. А я что-то вроде обратной стороны медали, я запечатлею, мир таким, каким умею видеть. Но я все еще не представился! - спохватился он, - Это безобразие нужно немедленно исправить! - категорично заявил он о собственной халатной несправедливости. Он галантно протянул руку с грацией, до боли родной и знакомой. От этого сходства у Синтии перехватило дыхание, и в сладостной истоме сжалось сердце. - Энрике Антонио Феретти! - представился незнакомец. - Феретти! - изумленно ахнула Синти. Это было первое, что она произнесла за время их разговора. И он поразился, какой удивительный, нежный, мелодичный голос у этой зачарованной незнакомки. - Возможно, вы встречались с моими работами в журналах? Или где-либо слышали мое имя. Оно достаточно известно?! - предположил он, попытавшись помочь ей вспомнить. Он догадался по ее реакции, что его имя ей знакомо. Но она вновь отрицательно покачала головой и потрясено произнесла своим чудным, чарующим голосом, словно пыталась и не могла поверить в реальность происходящего: Феретти! - восторженность, звучащая в ее голосе, сомнительно была очень схожа с безумными нотками фанатичной поклонницы. Подозрение вспыхнуло в его глазах догадкой. - А вы случайно не встречались с моим старшим братом, Орландо Феретти?! По личному опыту Рик знал, что именно такими, потерянными, фанатичными «кидает» Орландо эти сказочные существа, нежные, трепетно-хрупкие. Он, словно злой мальчишка, ломает души этих очаровательных куколок, и бросает их на произвол судьбы. Именно из-за этого, и еще из-за массы причин их физической схожести и духовных различий, он так надолго сбежал из любимой страны, где родился и вырос, из