- Ваня, кушать пойдём, - голос дрогнул. Всё-таки она очень боялась, что он сейчас уйдёт. И не просто уйдёт, а совсем исчезнет из её жизни. Зря она завела этот разговор…
Он несколько минут молчал, потом встал и прошёл к столу.
- Я один есть не буду, ставь тарелку себе тоже.
- Я не хочу. - Юля опустила голову.
Соколовский выразительно посмотрел на неё.
- Мозг нуждается в глюкозе, на голодный желудок в голову ничего не полезет, а тебе ещё фармакологию зубрить. В сентябре пересдашь, я договорюсь в деканате. Так что ешь и учи, диплом должен быть без троек. - Не дожидаясь от неё каких-то действий, Иван встал со своего места и поставил перед Юлей тарелку, затем разделил свою порцию пополам. – Надеюсь, с ложки тебя кормить не придётся. Ты ешь, вкусно очень. – Он улыбнулся, и Юля начала оттаивать.
Ночь была бессонной для обоих. Им было о чём подумать, чтобы знать, как вести себя друг с другом.
Он не ушёл, и это было важно. Видимо, что-то она для него значит. Иван всё-таки соизволил объяснить Юле, что с ним происходит, и она испытала чувство вины, а обида испарилась. В действительности всё было на поверхности, Юля просто не поняла и не прочувствовала степень усталости Ивана. Их ссора случилась из-за её глупости и несдержанности, из-за неспособности в тот момент контролировать слова и мысли. И хорошо, что всё закончилось хорошо, ведь она почти готова была разорвать отношения. Хорошо, что Ивану хватило ума и он смог её успокоить…
Под утро она сделала для себя очень важный вывод: не надо пытаться определить степень его любви к ней. Разве ей недостаточно своих чувств? А он… Он ведь не бросает её, заботится - вон, с фармакологией обещал помочь, - да и приходит он к ней, а не возвращается к Светлане, которая имеет на него все права. Ревновать его к сыну или родителям - глупо, а она ведь умная девочка. Жалко вечер, потраченный на истерику и скандал. Ну да ладно, сделанного не изменишь.
Юля повернулась к Ивану лицом и мягко поцеловала в упрямо поджатые губы. На поясницу легла его рука, а поцелуй перестал быть мягким, становясь жёстким, требовательным и собственническим.
Утром Юле казалось, что она чувствует каждую клеточку своего тела - настолько внимателен и жаден был Иван прошедшей ночью. У Юли за спиной выросли метафорические крылья. А уж когда Иван, провожая Юлю на работу - сегодня у него был долгожданный выходной, - взял её за руку, она почувствовала себя практически невесомой от счастья.
Часть 35
25 августа 1987 года
Звонок телефона раздался прямо во время консилиума. Иван снял трубку и, услышав голос матери, почувствовал, как внутри зарождается паника. Она никогда не звонила ему во время рабочего дня, прежде всего потому, что специфику работы знала, как никто, проведя всю свою жизнь в роддоме и отнюдь не в статусе пациентки. Сейчас Ивану очень не нравился её голос, создавалось впечатление, что мама напугана и изо всех сил пытается не выдать своего страха.
- Ванечка, ты, главное не волнуйся, - дрожащим голосом произнесла она, что, естественно, напрягло Ивана. - У нас проблемы.
Иван испугался, начало разговора уже вызывало тревогу, но он взял себя в руки и спросил:
- Что-то с отцом? Или с Тёмой? – Господи, только бы ни с кем не случилось несчастья, мысленно взмолился он.
- Отец в командировке. - Мамин голос стал более уверенным. – Он звонил из Москвы, у него всё в порядке. Но я ему ничего не сказала, ничего! – Она замолчала на несколько секунд, и когда продолжила, в голосе опять появились нотки паники.
- Ваня, я не знаю, что делать! Может, вызвать милицию?
- Да что у тебя случилось? – почти кричал Иван. – И где Тёма?
- Не знаю, я пришла пораньше, у меня был криз, давление сбили, но отправили домой. В таком состоянии я плохой работник, как ты понимаешь. Тёмы нет дома, но он, наверно, с друзьями. Они бегают где-то целыми днями. Да и вообще, не в Тёме дело. – Мама тяжело вздохнула. - Ваня, у нас угнали машину. – Последнюю фразу она прошептала и заплакала. – Отец меня убьёт.
- Мама, речь о только что купленной отцом “Волге”? – Иван никак не мог взять в толк то, что говорила мать. Отец в командировке, Тёма в порядке, а машина… Да у него тут консилиум, о человеке речь, какая к чёрту машина! О машине можно подумать и попозже.
- Да, Ваня, да!
- Но она стояла в закрытом гараже…
- Самое удивительное, что он таки до сих пор закрыт. Я яблок в саду набрала, думала компот сварить, зашла в гараж за большой кастрюлей, а “Волги” нет. - Мать явно глотала слёзы.
- Мама, я сейчас на работе неотложные дела закончу и приеду, у меня больной тяжёлый, сама понимаешь, что бросить его не могу. Ты, главное, в панику не впадай. За час всё равно ничего не изменится. Так что жди. – Положил трубку на аппарат и схватился за голову. Где-то внутри возникло давящее чувство опасности. Конечно, надо было бросить всё и ехать к маме, но пациент ждать не мог.