Я снова посмотрел на Глена. Там все еще было много криков и воплей; я просто надеялся, что все, что было на том компьютере, того стоило.
Я выглянул в одно из маленьких круглых окон и увидел огни на побережье. Внутри "Чинука" у нас была топливозаправочная машина, подкачивающая дополнительное топливо. Похоже, это был прямой рейс, и мы рассчитывали на чай с тостами на Кипре позже утром. Я сделал глоток кофе.
Пересекая побережье и направляясь в море, я смотрел в окно, мой разум начинал концентрироваться на глубоком звуке двух больших роторов, гудящих над нами. Из оцепенения меня вывел отчаянный крик: "К черту! К черту!"
Я поднял глаза и увидел, как парень, сидевший на груди Глена, медленно спускается на палубу, его язык тела говорил мне все, что мне нужно было знать. Он размахнулся ногой и сильно ударил по машине, помяв дверь.
Я повернул голову и снова уставился в окно. Мы летели низко и быстро над водой. Нигде не было видно ни огонька. У меня болело ухо. Я залез в карман и пошарил в поисках мочки. Я сидел, играя с ней, думая, как это странно, всего лишь маленький хрящеватый комочек.
Надеюсь,
они пришьют его как следует, но какое это имеет значение, как плохо я выгляжу? Я был жив.
Я встал и подошел к Саре. Моей работой было присматривать за ней, и это включало информирование ее о том, что происходит. Она все еще была погружена в свой ноутбук.
Я сказал: "Сара, он мертв."
Она продолжала печатать. Она даже не подняла глаз, чтобы увидеть, как я предлагаю ей крышку от фляги с кофе.
Я пнул ее ноги.
"Сара... Глен мертв". Она наконец повернула глаза и сказала: "А, ладно", затем снова посмотрела вниз и продолжила свою работу.
Я посмотрел на ее руки. Кровь Глена теперь засохла на них, и ей было наплевать. Если бы не ее ебля и не то, что она не сказала нам, что работа не так проста, как нам сначала сказали, возможно, он все еще был бы здесь, с большой чертовой улыбкой на лице. Возможно, Рег 2 был прав, возможно, она пыталась убить Глена в ППС. Она знала, что я бы бросил патруль и ушел с ней, если бы у него еще был шанс.
Команда сидела у машины, открывала фляги и закуривала, оставив Глена точно таким, каким он был. Мы все делали то, за что нам платили. Дерьмо случается. Это не изменит их жизни, и я уж точно не позволю этому изменить мою.
Пока Сара продолжала стучать по клавишам компьютера, я пил кофе и наблюдал, как появляется линия кипрского побережья, пытаясь понять, какого черта я здесь делаю.
"Три галлона в день, вот ваш паек", - рявкнул боцман.
"Но два галлона должны пойти коку, так что остается один галлон — повторяю, только один галлон — на питье, умывание и все остальное, что вам нужно. Любой, кто будет пойман на том, что взял больше, будет выпорот. То же самое касается игроков, мошенников и симулянтов. Мы не любим симулянтов в королевском флоте!"
Мы выстроились по обе стороны палубы, слушая, как боцман рассказывает о нашем водном рационе. Я старался не встречаться взглядом с Джошем; я знал, что расхохочусь, и Келли это не покажется смешным.
Нас было около двадцати "новобранцев", в основном дети, все одетые в стандартную форму моряков шестнадцатого века: холщовый камзол и рубашку, с брюками, которые заканчивались примерно на фут выше кроссовок, которые нам было велено принести с собой. Мы находились на борту "Золотой лани", полноразмерной реконструкции корабля, на котором сэр Фрэнсис Дрейк совершил кругосветное плавание между 1577 и 1580 годами. Эта версия тоже обошла вокруг света, и кинокомпании так часто использовали ее в качестве съемочной площадки, что она претерпела больше изменений, чем Джоан Коллинз. И теперь она стояла в постоянном доке, служа, как выразилась Келли в своей очень американской манере, "развлекательно-образовательной" достопримечательностью. Она стояла справа от меня, очень взволнованная своим подарком на день рождения, хотя и с опозданием на несколько дней. Ей теперь было девять, а выглядела она на двадцать четыре.
"Видишь, я же говорил, что будет здорово!" - просиял я.
Она не ответила, но продолжала смотреть на боцмана. Он был одет так же, как и мы, но ему разрешалось носить шляпу — вероятно, из-за всей дополнительной ответственности.
"Вы, слизняки, были отобраны для плавания с сэром Фрэнсисом Дрейком на борту этого, лучшего корабля флота, "Золотой лани"!"
Его взгляд останавливался на каждом ребенке, когда он проходил мимо них по другой стороне. Он напомнил мне моего самого первого сержанта-инструктора, когда я был мальчиком-солдатом.