ко их не заставят. В дальнем конце автостоянки была зона для пикника со встроенными грилями и деревянным навесом над скамейками. Семейное барбекю было в разгаре; немного рановато для сезона, но они все равно веселились. Бабушка и дедушка, сыновья, дочери и внуки — все набивали себе животы. За ним я увидел верхушки ярко раскрашенных, семейных палаток. Казалось, что каждое место окружено собственной небольшой рощицей. Я развернул машину на 180 градусов, так что теперь я смотрел в ту сторону, откуда приехал, и поехал к туалетному блоку. Я припарковался между двумя другими машинами, передом к стене туалетного блока, задом к озеру. Взяв бинокль и определитель птиц, которые я купил в туристическом магазине вместе с картами, я вышел из машины и запер ее. Сразу же меня ударила влажность; наличие кондиционера в машине почти заставляет забыть, зачем ты его вообще включал. В зоне барбекю все, казалось, хихикали. Из магнитофона звучал какой-то латиноамериканский рэп, и даже бабушка танцевала в стиле рэп с детьми. В машине справа от меня сидели двое пожилых людей, которые, несомненно, ехали сюда несколько часов, припарковались у озера и остались в машине есть бутерброды с включенным на полную мощность кондиционером и в шляпах. Я спустился к лодочному сараю, наблюдая за рукавом на другой стороне ручья. Больший из двух домов находился слева, между ними было, может быть, от 100 до 120 метров. Вокруг ни того, ни другого не было никакого движения. Я подошел к автомату с колой и бросил горсть монет. Мне не очень хотелось пить, тем более за доллар, но это дало мне возможность осмотреться. Двое подростков, вероятно, подрабатывали на школьных каникулах. Я не знал, были ли они под кайфом или просто смертельно скучали. Оба были босиком, но в фирменной одежде: синих шортах и красной футболке поло. Я кивнул им через небольшие качающиеся двери; им, очевидно, сказали быть приветливыми, и они сказали, что надеются, что у меня будет хороший день. Я не был в этом уверен. Я сел на деревянный причал и сразу почувствовал, как влага пропитывает мои джинсы. Справа от меня сидели отец с сыном, и папа пытался заинтересовать мальчика рыбалкой: «Мы что-нибудь поймаем, только если ты будешь сидеть очень спокойно и смотреть на поплавок». Мальчик в плаще Disney был таким же незаинтересованным, как и двое в лодочном сарае — как и вы, если бы вам гораздо больше хотелось есть мороженое и играть в компьютерные игры. Я очень демонстративно нес бинокль и определитель птиц; сегодня я был туповатым туристом, свесившим ноги с причала и наслаждающимся великолепным видом на воду. Полдюжины лодок были пришвартованы в разных местах вокруг озера. В бинокль я видел, что в каждой из них находились два или три очень толстых мужчины средних лет, одетые так, будто собирались ловить медведей на Юконе, их охотничьи жилеты были увешаны рыболовными мушками, карманы распирало от всякого снаряжения, а на поясах висели грозные ножи в ножнах. Я повел биноклем вдоль противоположной стороны рукава, начиная с крайнего правого края. Я разглядел тропинку, проходящую через деревья чуть дальше озера на возвышенности, ту самую, у которой я остановился, чтобы пропустить автодом. Казалось, она должна вести к домам. Я проследил за ней, и, конечно же, она проходила мимо меньшего из двух домов. Я не увидел ничего в здании, что дало бы мне какую-либо информацию; это была просто квадратная двухэтажная постройка с плоской крышей, встроенная в холм и сваями, поддерживающими передние две трети. Под свайной частью стояла лодка и внедорожник, но никакого движения не было. Затем из-за угла дома выбежали двое детей, за которыми следовал мужчина. Они смеялись и бросали друг другу футбольный мяч. Счастливые семьи; я бы это пропустил. Я на некоторое время опустил бинокль и посмотрел в книгу. Эта часть посвящена осведомленности третьих лиц, потому что никогда не знаешь, кто на тебя смотрит; они могут и не говорить: «Он что, разведывает те дома?», но если бы я только смотрел в бинокль на дом и не двигался и не делал ничего другого, это выглядело бы довольно странно. Хитрость заключается в том, чтобы создать впечатление, что какая бы причина у тебя ни была, чтобы быть там, она настолько проста, что никто не обращает на тебя второго взгляда. Я просто надеялся, что какой-нибудь такой же чудак не подойдет ко мне и не начнет серьезный разговор о птицах. Я отложил книгу, гораздо лучше познакомившись с какой-то там малой пятнистой штукой, и начал рассматривать другую цель. К этому времени на моей голове скопилось достаточно влаги, чтобы капельки стекали по лицу, и я начал чувствовать себя липким и влажным повсюду. Второй дом был очень похож на первый, но примерно на треть больше и с дополнительным этажом. Он тоже был деревянным и имел плоскую, покрытую войлоком крышу, но его свайная часть была зашита фанерными листами. Две большие двери открывались на бетонный слип, ведущий к самой воде. Лодка, четырехместная стеклопластиковая, идеально подходящая для рыбалки, стояла на берегу, все еще на прицепе, носом вниз к воде, подвесным мотором к дому. Все шторы, казалось, были закрыты. Я не увидел снаружи ни мешков с мусором, ни полотенец, ни чего-либо еще, что могло бы указывать на то, что дом обитаем. Однако гаражные ворота были закрыты только на три четверти, и задняя часть черного внедорожника выступала наружу, что навело меня на мысль, что, возможно, внутри есть еще один. Я услышал стон двух мальчиков в красных футболках поло. К форту шел мужчина с тремя детьми, все очень возбужденные от предстоящей аренды каноэ и уже спорящие, кому достанется весло. Я опустил бинокль и сделал глоток колы, которая теперь была теплой и ужасной, как и погода. Я выбросил ее и взял другую, затем пошел обратно к машине. Вечеринка в зоне для пикника все еще была в самом разгаре; дети танцевали, а взрослые с пивными банками в руках вокруг барбекю, несмотря на запрещающие алкоголь знаки, обсуждали мировые проблемы. Даже отсюда я слышал громкое шипение, когда стейки размером с крышку мусорного бака падали на дымящиеся решетки.