Я поднялся выше по холму. Линия деревьев повернула направо, приблизив меня к цели не более чем на двадцать метров, чего я на самом деле не хотел. На таком расстоянии я смог бы услышать храп, но и сам имел неплохие шансы быть услышанным. Я спустился обратно по холму, к озеру. Там был еще один куст, примерно в тридцати метрах от дома, но этот был высотой всего лишь по пояс. Опять же, он был около четырех футов в ширину, но листва казалась не такой густой, как у другого. У меня заканчивались варианты. Я лег на уровне того места, где должна была быть апертура, и обнаружил, что вижу все три этажа, гараж, боковую дверь из гаража и озеро. Я также видел далекие огни кемпинга, поэтому знал, что днем смогу увидеть движение на парковке. Похоже, это был подходящий вариант. Я спрятался за кустом, вне поля зрения из дома. Пока все шло хорошо. Следующим шагом было проверить наличие сигнала мобильной связи. Если я ее увижу, Лондон должен будет знать. Без мобильного телефона мне пришлось бы весь день лежать в укрытии, уйти в сумерках и либо добраться до места с приличным сигналом, либо найти общественный телефон-автомат, что не только означало бы возможную компрометацию, но и потерю наблюдения за целью. Я включил «Бош», прикрыл рукой дисплей с подсветкой и подождал. Я подождал минуту, не сводя глаз с дома. Свет в туалете погас, но на первом этаже все еще горел. Я сделал туннель над дисплеем рукой, нажал одну из кнопок, и подсветка снова включилась. Дисплей показал, что у меня три деления сигнала из четырех возможных, и этого мне было достаточно. Я снова выключил его. Я просидел там еще пять минут, прислушиваясь. Кто-то прошел за щелью в занавеске. Я не мог определить, мужчина это или женщина. Температура упала на несколько градусов, и теперь, когда я перестал двигаться, стало немного прохладно. Не морозно, но я чувствовал холод там, где пот стекал по спине, и где волосы на голове были влажными по краям. Мои джинсы все еще были влажными и чувствовали себя неудобно, но они высохнут. Я медленно встал, чувствуя, как мокрая одежда касается кожи. Я повернулся и начал двигаться по прямой линии от дома, и как только я оказался в приличном углублении мертвой зоны, я изменил направление и направился прямо к озеру. Я достал берген и лук, проверил, все ли застегнуто, и осторожно провел рукой по земле, чтобы убедиться, что ничего не оставил. Затем я вернулся к НП тем же путем. К тому времени было уже без пяти минут полночь, что оставляло мне много времени. Рассвет был только около пяти часов утра. Я бросил берген прямо за кустом. Ничто и никто не продвигается вперед от НП с этого момента, потому что это то, что может увидеть враг. Я открыл боковой карман и достал садовые ножницы и веревку, присел сзади куста и начал стричь. Я чувствовал себя Джеймсом, подрезающим свои розы. Я пытался сделать в кусте дыру, как можно меньшую, но через которую я мог бы проползти. Бессмысленно просто раздвигать куст и врываться внутрь; вы исказите форму, пошумите, пробираясь внутрь, а оказавшись внутри, создадите еще больше шума и движения, потому что куст будет давить на вас. Если уж делать, то делайте правильно. Первые срезанные ветки я связал вместе одним концом веревки, как букет цветов. Я отмотал еще пару метров веревки, обрезал ее и отложил связку в сторону. Мои хорошие желтые перчатки все-таки не понадобились, потому что куст оказался не колючим. Но я все равно был рад, что взял их. Я никогда не верил в мачизм, когда дело касалось строительства укрытий голыми руками. Зачем царапаться или порезаться, когда даже незначительная травма может замедлить вас? Если у вас есть пара перчаток и они вам нужны, используйте их. Цель — забраться в куст, а не показать, какой вы крутой. Я все еще осторожно пробирался, продвигаясь вглубь куста, срезая медленно и обдуманно, чтобы уменьшить шум и не напортачить. Мне не нужно было создавать слишком большое пространство; все, что я хотел, это иметь возможность проползти внутрь, добраться до передней части куста, сделать отверстие и наблюдать за целью. Я пробирался внутрь, подрезая ветку за веткой. Все, что можно было просто отодвинуть, а не срезать, я оставлял, иногда используя веревку, чтобы придержать; все это увеличивало плотность листвы вокруг меня. Мне понадобился почти час, чтобы прорыть себе туннель, и у меня осталось около шести дюймов свободного пространства вокруг и около фута куста спереди. Теперь оставалось только оборудовать остальную часть НП. Я вылез обратно, выгрузил кое-что из бергена и затолкнул в укрытие. Первым достал цифровой фотоаппарат с небольшим штативом и спусковым тросиком. Я залез внутрь и установил его. Следующей была индивидуальная маскировочная сеть охотника, которую я купил в «Войне и Ко». Я лег на спину, накинул маскировку на грудь и затем начал пробираться в укрытие. Оказавшись внутри, я осторожно прижал сеть к кусту, чтобы она зацепилась, привязав ее веревкой там, где это было необходимо. К тому времени, как я закончил, я создал уютный маленький туннель. Цель маскировочной сети состояла в том, чтобы сделать куст более густым; без нее, если бы в куст попадал прямой солнечный свет, щель была бы бросающейся в глаза. Если бы я не нашел маскировочную сеть, темно-зеленое одеяло подошло бы так же хорошо. Самое неприятное в строительстве НП ночью — это то, что вы не можете его проверить, поэтому все зависит от практики и опыта. После моей проверки на рассвете я не смогу покинуть укрытие, и если все было сделано неправильно, второго шанса не будет. Я занимался этим дерьмом с 1976 года, когда впервые поступил на службу в пехоту, так что к настоящему времени довел это до совершенства. Все, что вам нужно, — это терпение, знание техники и способность лежать там днями, иногда неделями, напролет, просто ожидая пяти секунд появления цели.