Вернувшуюся же домой сестру я и вовсе под дружный пьяный смех друзей отправил в родительскую комнату, выдав в дорожку остатки салата с шашлыком да стаканчик компота. На это Катя лишь фыркнула, но послушно удалилась, закрыв за собой дверь.
Дошло всё до того, что мы начали заочно решать, в какую тёплую страну мы дружно двинем к середине лета, и сколько это нам будет стоить.
– Аха-ха, п’соны, а меня девушка кинула... – заплетающим голосом неожиданно выдал Вова, который до этого стоически выслушивал про все прелести египетских курортов от не менее заплетающегося Феди.
– Сучка... – приподняв голову, гаркнул Миша, а потом, уставившись в одну точку где-то на стене, пробормотал: – А у тебя была девушка?
– Нет! – всхлипнул он в ответ, и по щеке покатилась одинокая мужская слеза. – Вот тв’рь... её даже не было!
– Сте-ерва, – согласно кивнул Фёдор, осуждая этим словом весь неблагодарный женской род, что не оделил своим вниманием такого хорошего человека, как Вова. Мало того, что не оделил, так ещё и бросить посмел! Воистину, нет предела женской подлости!
– Кхм... – засасывая очередную порцию дыма и не выдыхая, запив её настойкой, пробулькал я. – Эт ты к чему?
– А, эт... – взгляд Вовы расфукусировался, затем снова сосредоточился, но уже на кальяне. – Бодягу в сек’шопе брали?
– Брали, – дружно кивнули мы на его умозаключения.
– Но ту одни парни, – глотая буквы развёл наш пьяный товарищ руками, пьяно при этом усмехнувшись.
– И-и? – всё ещё не понял Миша.
– Нужны б’бы! – продолжил доносить свою мысль Вова.
– Зачем? – на этот раз спросил Федя, а после добавил. – Они ж сте-ервы. Бро-осили тебя...
– Но у меня ж встал! – хлопнул ладонью по столу наш пьяный друг. – И стоит!
– И правда... – тут же влез Михаил, посмотрев на свои штаны. – Стоит... Бурда из секс-шопа... Федя, млять!
– Ну что? – отрывая голову от столешницы, спросил он. – Что опять я? Постоит и упадёт...
– Час не падает, – всхлипнул Вова. – Неудобно ж... будь человеком, помоги!
– Чем? – Федя забрал у меня мундштук и сам затянулся. – У меня баб в кармане нет, гы-гы...
– Сань, ну ты-ж хоть помоги! – уставился на меня друг с мольбой в глазах.
Я лишь молча помотал головой, разводя руками. Уж чего нет, того нет.
– А Катя что? – неожиданно вклинился Миша, которого вопрос тесноты в штанах тоже начал невольно беспокоить.
– Сёстры не люди! – рявкнул я, для увесистости слов стукнув кулаком по столу. – И даже не женщины! – но тут мой взгляд упал на лежащие радом с моей тарелкой стринги, которые мне было просто влом нести обратно в свою комнату. – Вот... – взяв их в руки, показал Вове. – Есть ток это, – однако, подумав ещё немного, добавил: – Но я тебе их не дам!
– Всё равно с Федей спишь, – добавил от себя Михаил. – Как он уснёт, присунь ему и всё.
– Блэ-эт, сами себе суньте, – отмахнулся виновник проблемы. – Задолбали...
– Ладно, Вову кинули, – неожиданно начал я. – Федя, а у тебя как с девушками?
– Живу с одной неделю, по утрам сосе-ет... – невнятно протянул он, уныло жестикулируя мундштуком.
– Пиздабол, – выдал за всех нас вердикт Вова, а после мы дружно посмотрели на Мишу. – А у тебя с Лерой как?
– Никак, – ответил он, сложив руки на груди. – Ругаемся постоянно по фигне. Бесит блин. Всё ей не нравится. Недавно ждал её у института, так у меня эта... ну из мигранток, дорогу спросила. Языками зацепились немного. Так потом мне Лера весь мозг выщипала, что я тогда с другой флиртовал, а я тупо дорогу объяснял, блин! – сказав это, друг неожиданно усмехнулся, а потом добавил: – Чёрт... надо было тогда дорогу показать. В жизни же девушек симпатичнее не видел, ток по телеку с метровой штукатуркой на лице.
– Это да, они сасные! – пьяно осклабился Федя. – В постели – звери.
– Угу, – буркнул я. – Сначала изнасилуют, потом жениться заставят. Вон, что в Европке творят.
– Да пох, я ток за! – ещё сильнее осклабился парень. – А жениться меня хер кто заставит! Пусть идут на бибу, ха-ха-ха!
– Да и пропа’анда всё это, – с видом знатока добавил Вова. – Про загнивающий запад. У нас ж ещё никого... вроде. Я ж, эт, тож не против особо. Наверно.
На том мы и порешили. Но вскоре возникла проблема совсем иного толка...
– Синеглазка, чего так долго?! – уперев руки в бока, раздражённо поинтересовалась Инна у мнущейся поодаль девушки и её двух спутниц.
– Ефрейтор Синеглазка... – попыталась было поправить волкодлака, демонстрируя заветную полоску на погоне, но под взглядом лисички быстро стушевалась. – Мы были заняты...
– Сестрёнка, ты чего?! – тем временем возмутилась стоящая от волчицы слева девушка, сильно похожая на саму Синеглазку за исключение цвета глаз да некоторых черт лица. Сразу видно – сёстры. – Что эта шапка меховая себе позволяет?! Давайте её в обезьянник отправим!
– Ох, тебе хвост оторвать справа-налево или слева-направо? – потерев виски, устало спросила у неё Инна.
– Э-э-э... – растерялась волкодлака, неуверенно посмотрев в сторону сестричек, явно ожидая поддержки.
– Синеглазка, уйми своих подопечных! – тем временем рявкнула на знакомую волчицу девушка, раздражаясь ещё сильнее. – Ты альфа или нет?
– Но... я думала... что альфа ты... – волчица растерянно стянула с головы шапку, освобождая ушки. Хвост её был опущен.
– Богини, как же с вами сложно! – хлопнув себя по лицу, простонала Инна, а после начала объяснять: – Я альфа над альфами. Это значит, что ты тоже альфа, но подчиняешься мне, так как я старше. Твои же девочки подчиняются тебе, а не мне. Альфа моей альфы не моя альфа... понимаешь?
– Рр-уу... – от столь мудрёного, по их мнению, высказывания, волчицы выпали в лёгкий осадок, сопровождая это заумным порыкиванием и тихим подвыванием. – Так я альфа?
– Да.
– Точно?! – хвост Синеглазки тот час начал подниматься. – Ты не врёшь?
– Точно! Ты альфа! – уже не сдерживая голос, чуть ли не орала на неё Инна. – А я альфа, что главнее тебя. Альфа альфы, и потому слушайся меня! В конце концов, зря что ли нашла тебе с сёстрами однушку и работу...
– Я альфа! – тут же завиляла хвостом Синеглазка, радостно посмотрев на сестричек. – Слышите, альфа я!
– Да-да, поздравляю, – немного успокоившись, пробурчал лисичка. – А теперь уйми волчиц из своей стаи и...
– Они не из моей стаи! – радостно улыбаясь, сказала волкодлака.
– Как не... тогда кто и... – растерялась Инна, смотря то на одну, то на другую волкодлаку. Те с интересом и лёгкой настороженностью рассматривали её в ответ. – Тогда где твоя стая, и кто это вообще такие?!
– Вот моя стая! – подняв руку, Синеглазка положила её себе на грудь. – Единственная и неповторимая великая стая Синеглазки С Мягкими Лапками!
– Погоди, постой... – Инна ради интереса даже выглянула из-за волкодлак в надежде, что просто не заметила ещё парочки волчиц, что скромно держались позади. Однако, надежды не оправдались. – Девочка моя, сколько у тебя в стае самок?
– Одна! – гордо ответила волкодлака, а после добавила: – Я! Великая одинокая волчица Синеглазка С Мягкими Лапками!
– О Повелительница... – аж отшатнулась от таких откровений лисичка. – Чем я провинилась перед тобой?! За что ты послала мне на голову этих тупоумных созданий?!
– А это мои сестрички, тоже великие одинокие волчицы! – гордо продолжила вещать Синеглазка. – Длиннохвостка С Чутким Носиком... – стоящая слева волкодлака приосанилась, гордо задрав голову, от чего шапка съехала на бок, демонстрируя длинное ушко. – ... и Острозубка С Пепельной Шёрсткой! – вторая волчица повела себя немного скромнее, и просто кивнула. – Тоже альфы!
– Повелительница, как до этого дошло?! Неужели это кара за мою недостаточную развратность и сладострастность?!
– Просто когда я им заявила, что теперь альфа, а они мои самки, то они меня поколотили! – продолжила рассказ Синеглазка. – После этого я и решила, что лучше будет три великие одинокие волчицы, чем одна маленькая стайка! Воть! Ась, альфа, почему вы плачете?