Первым в день рождения меня поздравил кот. Вскочил на кровать, потоптался, придавил мою руку тяжелой задницей – чтоб не сбежала от наилучших пожеланий:
– Мэ, дважды мэ! Здоровья тебе. И здорового котика. Приходи вечером с цветами. Букеты завязывают такими красивыми ленточками, я люблю их жевать.
Потом позвонили родители, несколько раз передавали друг другу трубку. Мама спрашивала, какой салат приготовить в субботу – оливье или селедку под шубой, и я знала, что в итоге она все равно сделает оба и устроит мне мини-Новый год. Папа в сотый раз рассказывал историю о том, как ровно в два года я произнесла свое первое целое предложение: «Уходите, я грустю!» Изрекла я это, когда они с мамой вошли в комнату с подарками и шариками. С тех пор мое отношение к дню рождения не сильно изменилось.
Вскоре написала сестра Антонина – спросила, не сплю ли я, и тут же перезвонила. Сама она, судя по избыточно бодрому голосу, еще толком не проснулась. Я проверила догадку: да, оказалось, что эта сумасшедшая минуту назад встала по будильнику, чтобы меня поздравить. «Скорее всего, я этого не вспомню, так что позже опять позвоню, – сказала Антонина. – Зато будет тебе в два раза больше счастья!»
Боря появился только четвертым. Тоже позвонил – в домофон: «Я внизу, можно подняться?» Почему-то нервничал, смущался и с порога пытался объяснить свое возмутительное поведение:
– Джо, с днем рождения. Подумал, что лучше заехать. Надеюсь, не очень мешаю собираться на работу и не сильно нарушаю твое личное пространство.
Его было плохо видно за розами – точь-в-точь сочинскими. Они мгновенно и под завязку заполнили мое личное пространство южным солнцем и радостью.
– Кофе со мной будешь, балда? – спросила я Борю, который умудрился-таки обнять меня через букет.
– Могу, – скромно улыбнулся он. – А, и вот тебе к кофе.
Боря достал откуда-то бордовый капкейк с белой верхушкой, вставил в него тонкую свечку, щелкнул зажигалкой:
– Загадывай желание.
В первую встречу, на балконе, я сказала ему, что всегда хотела на день рождения собственный маленький капкейк вместо торта. Со свечой – чтобы было глупо и весело, как в кино. Даже сорт назвала – «красный бархат»…
Ну и какие, на фиг, желания я еще должна загадывать?
На работе мне тоже подарили цветы. А Солнечная принесла кактус. Эта оригинальная идея посещает ее не впервые: целая полка в шкафу посреди офиса отведена у нас под колючки от Солнечной. Мы туда еще и настольный японский сад поставили – с песком и грабельками. Зовем этот участок пустынькой. Однажды чахлый кактус Насти Попик зацвел, радости было на весь этаж.
Праздновали мы вместе с Юлей Потирай – я день рождения, она декрет. Договорились, что я закажу пироги и привезу вино, а она купит соки, фрукты и детское шампанское. Пироги опаздывали, зато Елизавета Барбос явилась вовремя – принимать у Юли дела. Узнав, что у меня день рождения, растерялась было, но потом поздравила и пошутила:
– Наверное, было бы еще хуже, если бы я явилась с подарком, выследив вас по фейсбуку*.
Мы, конечно, пригласили ее к столу, и она не стала отказываться, спокойно ела наконец-то доставленный пирог с сыром, пила детское шампанское и внимательно слушала разговоры, вникала. Волосы она на этот раз собрала в хвост, так что выразительные уши были видны еще лучше. А еще я заметила, что на шее у нее из-под пиджака проглядывает кусок татуировки. Какие-то перечеркнутые палки. Хорошая девочка, с загадкой.
Вскоре они с беременной Юлей отсели на диван разговаривать об ивентах, остальные тоже вернулись к работе, и я вздохнула с облегчением: день рождения в офисе – мероприятие негласно обязательное, но утомительное.
Настя Попик пришла ко мне в кабинет, чтобы пожаловаться на свою трудную загруженную жизнь и попросить отдать часть текстов для сайта на аутсорс. Я разрешила, а перед уходом спросила ее:
– Как тебе новенькая?
– Норм, – ответила Попик с удовольствием. – Правильная такая.
Сама Настя недавно решила стать взрослой (ей исполнилось преклонные 23), по этому случаю расплела дреды, зеленые колготки сменила на серые и уверовала в корпоративные ценности. Оставила только маленькую серьгу-гвоздик в носу как напоминание о мятежной юности. Так что «правильная» в ее устах – временно комплимент. Надеюсь, Попик и Барбос подружатся.
Забежала Солнечная – предупредить, что в мою сторону движется трейд-маркетинг:
– Кажется, они тащат хлебопечь!
Отдел трейд-маркетинга во главе с Валерией Расторгуевой – люди энергичные. Высокая и статная Валерия (никто не посмеет назвать ее Лерой) – прирожденный командир, общается приказами и в подчиненные себе берет только тех, кто понимает это слово буквально. Хлебопечь для этих дам – не предел: одной сотруднице они как-то подарили барбекюшницу ростом с меня.