– Вишня тоже красная, – утешила я славного серба по-французски, хотя по-русски он в принципе понимает, только не говорит.
Горан поздравил меня на трех языках, извинился, что не сделал этого сразу, и остался с нами на кухне:
– Кажется, я закончил перевод. Хочу приносить более ощутимую пользу. Могу помочь вам с бутербродами. Или чаю заварю, а вы посидите спокойно…
В эту секунду из прихожей раздался жизнерадостный шум. Антонина бросилась туда встречать Кузю, маму, отчима и его внука Сашу. Кузя с Сашей выглядели почти как близнецы – светлые, лохматенькие и загорелые. Они вкатились в квартиру на скорости и стали бегать по холлу кругами – видимо, продолжали начатую еще где-то под Тулой игру. Антонина пыталась изловить сына и тоже бегала.
– Жозефиночка, дорогая, здравствуй! – сказала тетя Лена, Антонинина мама, входя в кухню. – С днем рождения! Извини, что мы вот так врываемся…
– Да я рада, какое «извини», – возразила я. – Надеюсь, вы без торта?
– Без! – гарантировала тетя Лена. – Мы с пирогом. Лимонным, бабушкиным.
– Боже, вы его что, сами пекли? Где? На костре у обочины?
– Зачем же костер, если в Воронеже есть съемные апартаменты с кухнями. Утром сегодня встала и быстренько соорудила.
– Потрясающая вы женщина, – заметила я. Мне и правда очень нравится тетя Лена – маленькая, собранная, умная, еще и зеленоглазая. Наверное, я должна была на нее злиться из-за истории с моим папой, но не получается. Познакомились мы уже взрослыми, готовыми людьми, и оказалось, что у нас много общего, а делить нечего. Она меня даже на свою свадьбу зимой приглашала.
Пока я убирала в волшебный бездонный холодильник лимонный пирог, тетя Лена уже успела красиво разложить на блюде образцовые бутерброды с икрой, ровненькие и румяные. Уверена, на каждом из них было одинаковое количество икринок.
– А мы с Антоном уже поставили стол, – проинформировал нас тети-Ленин муж Владимир Леонидович, добрейший высокий дядька, всем видом своим распространяющий спокойствие. – На сколько персон накрывать?
– Персон на триста, как обычно, – сказала я. – Лучше на триста две, с запасом.
– Ясно, – легко согласился он и зашагал в гостиную. Если однажды выяснится, что на Землю летит метеорит, надо сообщить об этом Владимиру Леонидовичу. Он тогда тоже скажет «Ясно» и организует все так, чтобы население планеты маленькими группками, без нервов, собрались в укрытии и сели разучивать песни, а метеорит в итоге изменил траекторию и пролетел мимо.
Я осталась на кухне одна. Тетя Лена пошла в машину за какими-то мелочами, Антонина играла с детьми, мужчины, включая Горана, расставляли на столе приборы: я слышала звон вилок и голос Солнечной: «Можно я на балкон покурить протиснусь?» Илюха предусмотрительно скрылся в сычевальне.
Балкон. Наш. Боря должен был приехать полчаса назад, но даже не звонил.
Зато зазвонил телефон Антонины, который она оставила на холодильнике.
– Жозефина Геннадьевна, ответь, пожалуйста, – крикнула сестра, обвешанная детьми, из холла.
– Алло, – сказала я в телефон не глядя.
– Мы нашли чудовищных крысок!!! – энтузиазм в трубке зашкаливал. – Можем прямо сейчас занести, Кузя обрадуется.
Я не поняла, кто звонит, но, судя по всему, новость сенсационная.
– Кузя, – позвала я. – Там нашли чудовищных крысок. Ты обрадовался?
– Ур-ра! – завопил ребенок. – Я ОЧЕНЬ обрадывался!
– Несите, – коротко велела я. – И поскорее.
Я отключилась и посмотрела на экран телефона. Звонила, оказывается, Марина Игоревна из детского клуба «Бурато». Ну что ж, пусть приносит крысок, особенно чудовищных, там разберемся.
Только Боря все равно не приезжал. И при мысли об этом я холодела нутром, а уши мои, наоборот, принимались гореть.
Марина Игоревна явилась минут через десять в сопровождении администратора Лены. Той, которая очень тихая и застенчивая, а раньше была хозяйкой попугая Исаича.
– Ой, – сказала Лена, застыв в прихожей. – У вас тут уже есть… люди.
– У нас даже одна Лена уже есть, – подтвердила я. – Но вы не волнуйтесь и проходите. День рождения мой, я и решаю, кого впускать.
– А мы торт как раз принесли, – ответила за Лену Марина Игоревна. – Поздравляем вас с днем рождения!
– О, торт! – восхитилась я. – Как неожиданно. Какой?
– Вафельный. Думали, попьем чаю на радостях, что животные нашлись.
И достала из сумки первую крыску. У Марины Игоревны довольно острый нос и одевается она стильно, но чуть старомодно, так что явление крысы из сумки вышло комичными – немного шапоклякнутым.
Всего крысок было три штуки – две коричневые и одна серая, из «Икеи». Кузя пришел в восторг: оказалось, он отнес их в «Бурато» еще в марте, когда они там разыгрывали мини-спектакль «Все мыши любят сыр», а потом потерял. Обнаружила их сегодня Лена, где-то в дальнем закулисье, среди париков.