— Кто он, эта курица из детдома тоже не знает? — усмехается Дима, повернувшись к Стасу.
Тот пожимает плечами.
— Фамилия его Орлов. Георгий Петрович Орлов.
Такого человека в списке знакомых Полянского нет. Но хоть какая-то зацепка. С самого утра, услышав от Стаса новость о том, что Лика может оказаться дочерью Дианы, его мысли текут только в этом направлении. И, если вдруг Диана уже была беременна, когда они расстались, то ничего не сходится. Ему шёл девятнадцатый год, Диане была старше его на пять лет, их роман длился полгода, потом Демон загремел в тюрягу, а она пропала. Просто её не стало в его жизни, пацаны писали, типа, уехала из города, и больше они не виделись. Быть отцом её ребёнка он никак не мог, они предохранялись, а потом у Динки начались проблемы со здоровьем.
Так кого Диана могла называть страшным человеком? От кого спрятала дочь, и на хрена это было нужно? Чего боялась настолько, что бросила дочь в детдоме, и даже ни разу не появилась. Неужто Динка и вправду опасалась, что тот человек найдёт Лику? О чём она думала, чёрт бы её побрал, в чём причина её бегства?
Сплошь загадки, и ни одного ответа.
— Орлов ещё коптит небо или гниёт в могиле? — оторвавшись от размышлений, спрашивает Дима, снова задвинув штору.
— Увы, дружище… — разводит руками фотограф, покачав головой. — он умер, когда Лике было лет шесть. Больше никто из родственников не объявлялся.
***
Зевая, сижу на кровати, сложив ноги по-турецки, и просматриваю газеты. Ворох ненужного материала валяется на полу, и меня одолевает досада. В детдоме мы с Нинкой часто обсуждали, как легко найти работу, мол, покупаешь соответствующую прессу, открываешь на странице объявлений о вакансиях, и — вуа-ля! На деле же всё оказывается гораздо сложнее.
Предлагаемой работы-то вал, но большинство, конечно, приходится отметать с ходу. «Требуются девушки красивой внешности», — вот это, например. Ну, понятное, что боссам хочется видеть у себя в приёмной куколку, но ведь на одной красоте далеко не уедешь. Как такая девчонка будет справляться с обязанностями секретаря, если у неё нет навыков в обращении с вордом, или умения обращаться со всеми этими новомодными штучками вроде факса!
Ясное дело, тот, кто размещает подобные вакансии, ищет не столько секретаря, сколько игрушку для собственных утех. И это точно мне не подходит.
Вчера я чертовски сглупила, решив подцепить богатого папика, и теперь ужасаюсь сама себе. Наверное, судьба всё же не совсем равнодушна ко мне, кто-то на небесах меня оберегает, иначе Демон не вытащил бы из кабака от беды подальше.
Ну вот, опять… Интересно, я вообще в состоянии не думать о нём хотя бы один час в день?!
Отбросив бесполезные газеты, сползаю на спину, и распластываюсь на скомканном покрывале. Обвожу взглядом потолок с лепниной, вновь уносясь мыслями на несколько часов назад. Дима что-то скрывает, это очевидно. Между нами взаимное влечение, отрицать это смысла нет, но он оттолкнул меня, и это явно ведь неспроста.
«— Не ищи причин…»
Но причина есть! Почему он упорно не желает признавать, что я его волную? Как только мы ступаем на опасный путь к сближению, он становится грубым и отчуждённым. Дело не во мне конкретно, потому что я не слепая и не глупая, замечаю, как он на меня смотрит. Такие вещи мы, девчонки, чувствуем остро.
Уже не впервые за последние два года хочется закурить. Вскакиваю на ноги, одёргиваю джинсы, и подкрадываюсь к двери. Если Паша где-то рядом, у него и стрельну сигарету. Ему, по сути, должно быть всё равно, курю я или балуюсь, он же просто мой охранник. И совать нос в мои дела не должен.
— Куда это ты? — раздаётся насмешливый оклик, и со стороны лестницы появляется Паштет.
Сегодня на нём спортивный костюм, сам гладко выбрит, благоухает парфюмом. Когда он подходит ближе, и опирается локтем о стену, пространство словно сужается. Здоровенный, блин, амбал, но мозги, вопреки логике, у него в наличии имеются. Оно и к лучшему, было бы куда гадостнее общаться с тупым придурком, который фанатично исполняет приказы босса.
С Пашкой, во-всяком случае, можно и рискнуть поторговаться.
***
— Закурить дай. — в тон ему говорю, протягивая ладонь.
Парень с каменным выражением лица выуживает из кармана пачку, вытряхивает помятую сигарету, и молча подаёт мне вместе с зажигалкой. Вот так, без уговоров и пререканий, да ладно? Похоже, он не такой уж противный. Выжидающе глядит, я деловито подношу огонёк к кончику сигареты, делаю затяжку. Странный привкус, в горле сразу дерёт, и я надсадно кашляю.