*
Как недостойно прятаться в сортирах!..
*
А скольких медсестер вернул я к жизни!..
*
И жертвы есть во мне, и разрушенья…
*
Ты мне роди, а я перезвоню…
*
Вы что же — обезвредили меня?..
*
Я УМИРАЮ, НО ОБ ЭТОМ — ПОЗЖЕ…
Михаил Владимов
МУРАВЕЙНИК ПОД МЫШКОЙ
Я притаился на большом стволе
Березы…
Я стал природой…
И шмель сердитый
сел на авторучку…
На липу я залез
И притаился,
И превратился в руконогий сук…
Ко мне природа быстро привыкала.
Яйцо в карман подбросила кукушка.
Гриб-подколенник вырос под коленом.
Под мышкой шевелился муравейник.
Звенело в левом ухе. выло — в правом…
По мне струилось, ползало, скакало,
Росло, переплеталось, размножалось…
А я терпел.
И все бы ничего.
Как вдруг явился длинноклювый дятел
И стал стучать по черепной коробке.
Потом немного ниже, ниже, ни…
Я закричал — Не надо! —
И проснулся.
И о приснившемся написал стихи.
ШИРОКАЯ НАТУРА
Я смогу одним плечом
Раскрылатить море…
Я могу другим плечом
В горизонт вграниться.
Нет свободных лежаков
На приморском пляже.
Полустоя Михалков
Загорает.
Я же
Лег на правое ребро.
Море расплечистив:
В Евпатории— бедро,
В Судаке — ключица!
Лбом в Мисхор вгранился я.
Кадыком — в Алупку,
Опрокинув два буя.
Теплоход и шлюпку…
В КОПЕЕЧКУ
Если любишь меня, говори мне про это,
Говори, говори, говори, говори.
Говори, говори — ты милей и красивей
всех женщин…
Я пишу, я пишу, я пишу — вышла строчка.
Я пишу, я пишу, я пишу — вышло две.
Я пишу, я пишу, я пишу… Ставить точку?
Сорок тысяч «пишу» у меня есть еще в голове.
Если даже я их, например, поделю на четыре.
Десять тысяч возникнет моих «я пишу».
Если любишь меня, не ходи, не мелькай
по квартире,
А не то я их пересчитать попрошу!
Сорок тысяч «пишу» — это много? Иль полунемного?
Пусть решает грядущий писательский съезд.
Но должна ты учесть, что при новой системе налогов
Твой любимый — не Ротшильд и даже не Крез!
Андрей Внуков
ПАМЯТКА ХУЛИГАНУ
Когда ты женщину избил
И уличен на месте был, —
Не доходя до прокурора.
Женись на ней без разговора.
Потом дерись:
Хоть трезв, хоть пьян, —
Ты муж,
А муж не хулиган…
Кто взял свидетельство о браке,
Тот состоит в законной драке!
Андрей Вознесенский
ПРЕОБРАЖЕНИЕ
«Сестрица моя в женском вытрезвителе, —
Обидели…»
Как при водолюбце Владимире Крестителе,
бабьи слезы льются в вытрезвителе.
Что там пририсовано на стене «Трем витязям»?
Полное раскрытие в вытрезвителе:
«Я тебя, сестричка, полюбила в хмеле,
мы с тобой прозрели в ледяной купели.
Давай жить нарядно, словно две наяды.
Купим нам фиалки, поступим в институт.
Сплетницы, фискалки от зависти умрут!»
«Бабоньки, завязываю. Слушайте таксистку.
Этак жить — тощища! На смех гаражу.
Чтобы в рот взяла я эту дрянь?
Спасибо!
Я хочу быть женщиной.
Мальчика рожу».
И сразу стало слышно каждое дыхание.
В белой палате такая тишина!..
Ведь в каждой спит
мадонна —
светла и осиянна.
Будто души тронул
кистью
Тициан.
Завтра они выйдут на Преображенскую,
И у каждой будет чудо на руках.
Будет, будет мальчик.
Будет счастье женское.
Даже если будет что не так.
НОСТАЛЬГИЯ БЛАТНЫХ ДВОРОВ
Осиротели, осиротели
наши дворы. Мусора струхнули.
Авторитеты, авторитеты ушли
в государственные структуры.
Мне снятся вместо звезд вчерашних
на предрассветных плечах Москвы
на голом небе над каждой башней
татуированные орлы.
Николай Глазков
КРАТКОСТИШИЯ
* * *
Чем меньше ум.
Тем больше шум.
* * *
Был разутым, босым,
Стал раздутым боссом.
* * *
Нынче все кому не лень
Тень наводят на плетень!
* * *
Один чудак всю жизнь спешил
И ничего не совершил.
* * *
Соблюдайте собственную выгоду:
Не мешайте входу и выходу!
* * *
Тает снег, лежащий на крыше,
Ибо так установлено свыше.
* * *
По небосклону двигалась луна
И отражалась в энной луже,
И чувствовалась в луже глубина, —
Казалось, лужа в миллион раз глубже.