— Клея, это Поликарп. Он вроде блаженного. Верит, что Владыка воплощение зла. Видишь, как готовится к его пришествию? — Буруга нехотя представил старикашку.
— Хозяин, что значит «блаженный»? — вопрос Клеи застал его врасплох.
— Как бы сказать, — он на минуту задумался. — Это человек, отказавшийся от всех благ, включая наследие прошлой жизни. Поэтому люди считают его чокнутым, насмехаются, издеваются, но не калечат. Бедняга владеет бесконтрольным даром предвидения и очень полезным навыком «Суть». Вот только не понятно, к какому месту и как применять такие способности.
— Навык «Суть», — Клея с интересом вгляделась в старикашку. Его мутный взгляд лихорадочно блуждал, как будто Поликарп в самом деле сумасшедший. Губы блаженного беззвучно подрагивали и казалось, что он тихо бормочет себе под нос.
— Хорошее умение. Оно позволяет понять, что за человек или зверь перед тобой. А в купе с предвидением, помогает избежать многих опасностей, — Буруга аж завистливо причмокнул. Видимо, ему нравился навык «Суть».
— И много блаженный в мире? — Клея присела на корточки возле Поликарпа. Ей стало любопытно, как мыслит такой человек, чем живёт. Блаженный старикашка от её внимания расплылся в улыбке.
— Я знаю только этого, — пожал плечами Буруга.
— Таки нашлась пропажа, как погляжу, — неожиданно заговорил Поликарп, словно продолжая некую неведомую беседу. — А в столицу мы вместе пойдём. Да-да. На коронацию глазеть. Смеху будет.
Старик расхохотался так же сильно, как до этого. Только в этот раз Буруга не стал его успокаивать.
— Вот ещё, — только и буркнул он недовольно. — Нам-то что там делать?
— Как что? — искренне удивился Поликарп. — Кримпа возвращать. А то ведь сколько ему в разлуке быть? Наскучался питомец по хозяйским рукам. Только и ждёт, когда вернётся.
Слова блаженного заметно расстроили Буругу. Парень бросил на Клею тоскливый взгляд, явно не желая расставаться с ней ни сейчас, ни в будущем. Она разделяла его чувство.
— Я не хочу, — торопливо проговорила она. Но прозвучало как-то неуверенно и жалко, потому что в её сердце появились сомнения. Воспоминания о бывшей хозяйке разбередили сознание.
— Но она пропадёт без меня, — едва слышно проговорила Клея, чувствуя неловкость и в какой-то мере стыд перед Буругой.
— Ты-то чем ей поможешь? Что ты вообще можешь? — он грозно посмотрел на неё и сразу добавил уже мягче: — Маленькая моя, ты же совсем слабенькая. Вот подрастёшь, наберёшься сил и тогда посмотрим, что делать дальше.
— Я могу поменяться с ней телами и принять удары на себя, — не слушая его, пролепетала Клея. — Я потерплю. Я выдержу. Я умр…
— Нет уж! Сейчас ты мой питомец и я не разрешаю собой жертвовать! — Буруга подхватил её на руки. — Поняла, маленькая моя?
Его тёплые объятия в миг разогнали все печали и страхи. Клея невольно уткнулась носом в шею хозяина. Потянувшись, она прижалась к его груди, вслушиваясь в удары человеческого сердца.
«Как хорошо», — подумала она, желая больше не вспоминать бывшую хозяйку.
— Вот и славно. А теперь идём! — Поликарп торопливо направился к порталу. — Живей. А то пропустим нужную фазу и попадём… Куда попадём? Не знаю я куда тогда попадём. Поэтому идём сейчас.
Блаженный снова беззвучно зашевелил губами. Буруга тяжко вздохнул и поплёлся вслед за ним. Портал самоактивировался, загудел, замерцал. Клея не успела и глазом моргнуть, как вместо сводов подземных катакомб, над головой раскинулось ночное небо, а впереди — чёрная водная гладь до самого горизонта.
— Вот здесь и поживём. Или нет? Нет. А может всё-таки да? Нет. Нам тудысь, — Поликарп указал на грот, чернеющий у самой кромки воды. — Прыгай, не расшибёшься.
Буруга недовольно сплюнул, после чего подошёл к краю скалы, на которую их телепортировало. Клея вцепилась в хозяина и зажмурилась.