На вокзальной площади – книжный развал. Старики и бездомные выползли под солнце и разложили, кто на одеяле, кто на мятых пакетах, а кто – прямо на заплеванной мостовой, свои книжные запасы. Банни идет вдоль разномастных продавцов, стараясь в каждом приметить какую-то особенность: его личное упражнение на внимательность.
Останавливается напротив тощей старухи в шали с вышитыми вишнями: его внимание привлекли яркие обложки журналов, разложенные у старухиных ног. Банни улыбается при виде пухлой книжечки в мягкой обложке, на ней нарисована кудрявая девчонка в топике и узких бриджах с низкой талией. «Анкеты для друзей» пляшут разноцветные буквы надо головой девчонки. Банни покупает «Анкеты», старуха берет деньги не глядя на желтоглазого парня.
Банни смотрит на вокзальные часы: до прибытия нужного поезда еще час, успевает. У стойки туристического инфопункта берет две бесплатные карты города, просит у парнишки за стойкой ручку и «забывает» вернуть. На одной из карт ставит крестик в нужном месте, засовывает карту между деревянных реек одной из скамеек на улице и уходит с площади.
Квартиру, небольшие апартаменты на последнем этаже вишнево-красного девятиэтажного дома, Банни снял вчера. Кухня-гостиная, отделанная в гранатово-золотой гамме, без телевизора, зато с книжными полками и большим лакированным столом из настоящего дерева, и небольшая спальня, голубая, почти бесцветная по сравнению с гостиной. Банни вываливает на стол флакончики, рядом кладет «Анкеты» и карту с еще одним крестиком. Подумав, пишет на карте, поверх схемы метро: «Когда ты уже начнешь брать с собой телефон?» и выходит из квартиры. Под ковриком оставляет два ключа.
Домой Банни возвращается только под вечер, себе на этот раз он снял светлую студию с минимумом обстановки: кухня, кровать, напольная вешалка, да кресло-качалка. Первое, что замечает Банни – банку вишневого варенья на столе и книжечку с анкетами. «Чего не заполнил-то, друг? Заскочу завтра вечером,» – написано над первой анкетой.
Она открывает дверь своим ключом, снимает шапку, точно такую же, как у него, только белую, а не серую, беспечно швыряет пальто на пол, разувается и, игнорируя тапки, шлепает в комнату прямо в носках, зеленых, с раздельными пальцами. На Банни такие же. Они покупали их вместе, еще с Лисой. Банни вздыхает, поднимает пальто и идет за Кроликом.
– Дай-ка кой-кого погуглить, – просит Кролик после первой чашки чая и первых «Ну, ты как?»
– Повторяю вопрос: когда ты уже будешь брать с собой телефон? – Банни протягивает смартфон Кролику.
– Это мой стиль! Не бузи, – Кролик наклоняется к рюкзаку, стоящему у ее ног, и достает оттуда пакет булочек, – лучше еще чаю согрей, – и утыкается в экран на следующие двадцать минут.
– Готово! – объявляет Кролик, возвращая телефон Банни.
– Уже приметила кого?
– Угум-с, – Кролик берет круассан из пакета, хлопья слоеного теста сыпятся на стол перед ней, и она небрежно смахивает их на пол. Банни вздыхает и лезет под раковину за щеткой и совочком.
– Как фокусник фокуснику: в центре есть кинотеатр «Грин Стар», днем народу никого и черный ход всегда открыт, – пыхтит Банни, подметая пол у ног Кролика.
Кролик кивает.
– Да что ты там шебуршишься, сядь и возьми уже булочку, самые вкусные выбирала.
Банни качает головой.
– Я сегодня уже ел, хватит с меня и варенья. Ну что за несправедливость, ты можешь нагибать пространство и время, но не можешь есть булки и не толстеть!
– Ну-у, дорогой, – Кролик берет второй круассан, макает его в банку с вареньем и тянет в рот, капая прямо на светлую столешницу, – есть на свете две вещи, которые никак не наебать: закон сохранения энергии и сопромат! Они для этого слишком простые.
Банни страдальчески морщится, и от мата, и от вида капель варенья, и тянется за салфетками. В этот момент звонит телефон, парень бросает взгляд на экран, узнает номер и не швыряет телефон Кролику.
– Выручай!
– А что, бесперспективняк? – Кролик берет телефон.
– Полный.
Кролик откашливается, поджимает губы и, подмигнув Банни, подносит телефон к уху.
– Алло?! – визжит она голосом сварливой старухи, – Кто это?! Говорите!! Алло! Это мошенники?! Хотите узнать номер моей кредитки? Как бы не так! Я еще не выжила из ума! И еще не все выжала из ума! Хи-хи, простите за каламбур! – Кролик грозит кулаком Банни, который едва сдерживает смех, – А?! Банни Роб?! Милочка, тут отродясь не водилось никакого Банни Роба! Что?! Он дал тебе это номер? Ну, милочка, очевидно, этот Банни Роб просто обманщик и повеса! Нынче, знаешь, повесу никак не отличить, даже по весу! Хи-хи, прости за каламбур! Что?! С виду порядочный? Все они с виду порядочные! Но, знаешь, последнего порядочного парня я видела в девятнадцатом году, и это был Тедди Рузвельт! Алло?! Ты меня слушаешь? Эй?!