«Этот уака (см. рис. 14. – Дж. X.) символизирует Луну. Он разделяется на четыре зоны.
Зона 1 – изогнутая ручка и носик. Ручка украшена рядами ритуальных ступеней, образующих мост или соединительную цепь через пространство от Земли к Луне. Он символизирует путешествие на Луну, и отправиться в это путешествие можно с любого места на Земле.
Зона 2 – верхняя треть сосуда. Она украшена тремя разными знаками, в которых содержится по пятнышку. Знак, ближайший к носику, – это основной знак. Два других символизируют развитие, а также силу космоса, которая делает поверхность Луны непригодной для обитания.
Зона 3 – центральная полоса – снова несет основной знак, а кроме того, птиц и подземные образы. Черные полосы представляют атомы и химические элементы, из которых творится жизнь.
Зона 4 – основание – представляет собой внутреннее ядро Луны.
Эти археологические свидетельства являются важным доказательством существования великой доисторической цивилизации, которая имела смелость сковать утраченную связующую цепь».
На другом колоколовидном сосуде изображены «лемурийцы могучего телосложения, почти безликие, с большими ушами, короткими шеями и очень длинными руками». У каждой второй фигуры большие половые органы (или это набедренная повязка?), и ноги у них трехпалые. «Обитатели Атлантиды происходили от лемурийцев… контакт с их духовным миром утрачен…»
Атлантида, лемурийцы, доисторические великаны – все это лежало за пределами моей скромной задачи. Те немногие факты, которые были достоверно известны, не позволяли мне согласиться с такими истолкованиями. Но я был вполне согласен с Энрике Валлисом, который в том же номере «Голоса Ики» писал: «…несомненно одно: Южная Америка – непочатый край всяких археологических загадок, оставленных забытой цивилизацией, которая теперь мало-помалу начинает выходить из мрака…»
Линии в пустыне – это мертвые, безмолвные геометрические фигуры, прямоугольники, треугольники, зигзаги, но рисунки изображают живые существа. Большинство из них можно прямо связать с идеей плодородия – третья нога паука-рицинулеи, половые органы обезьяны и собаки, узенькая тропка, ведущая к тычинкам цветка. Эти символы жизни как будто указывают на всепоглощающий интерес к природе, и тот же мотив преобладает в насканской керамике. Это всего лишь логические умозаключения. Символы плодородия в пустыне? Быть может, эти слагающиеся в рисунки дорожки служили для каких-то ритуальных церемоний в честь плодородия, каких-то оргий, славящих жизнь в пустыне, которая губит всякую жизнь?
Длительное пребывание людей на этом плоскогорье требовало значительной подготовки, словно серьезная экспедиция. Воду, провизию – ну, словом, все необходимое – нужно было взять с собой, так как там ничего съедобного найти нельзя. Правда, в горах мы видели убегающего койота, а Джон Гарвард (студент Гарвардского университета, хотя и не потомок его основателя), растянувшись на голом песке, подманил из небесной синевы двух стервятников. По его словам, он вскочил, когда птицы уже были готовы приступить к трапезе. Не исключено, что под каким-нибудь иссохшим кустиком, вспугнутый звуком наших шагов, прятался готовый ужалить скорпион, «напряженно улавливая еле заметные вибрации, которые подсказали бы ему, что делать дальше», как писал в одном из своих романов Флеминг. И, может быть, мимо по песку брел жучок, «и молниеносный бросок скорпиона не оставил ему времени на то, чтобы развернуть крылья». Но вот тайных торговцев алмазами и вертолетов, поливающих землю и друг друга пулеметными очередями, там, несомненно, не было. В целом Пампа Хумана-Колорада – место крайне суровое, унылое и негостеприимное, и людьми, которые создали на этой сожженной солнцем поверхности гигантские рисунки, провели многокилометровые прямые линии, расчистили огромные прямоугольники и другие фигуры и расставили драгоценные сосуды, должны были руководить побуждения, глубочайшим образом связанные с их мироощущением и мировоззрением.
Забытая цивилизация, которая замыслила так украсить пустыню и смогла привести этот замысел в исполнение, должна была обладать огромным опытом и знаниями. Если она была насканской, то простиралась далеко за пределы долины Наски, вплоть до Галапагосских островов и бассейна Амазонки. Кто-то упомянул полуостров Паракас – бесплодный, лишенный воды узкий клин суши, вдающийся в Тихий океан, который служил кладбищем в эпоху культуры, существовавшей 4000 лет назад. Тогда высшего совершенства достигли ткани. Очень редкая паракасская керамика украшена характерными бороздами в глине, заполненными цветными смолами. Насечка использовалась для украшения костяных и каменных изделий в древней Центральной Америке и Европе ледникового периода задолго до наступления века керамики. Паракасские деревянные сосуды для хранения воды украшены таким же способом. На сосуде в моей коллекции узор состоит из треугольных голов, очень похожих на голову ящерицы в Пампа Хумана-Колорада. Значит ли это, что забытая насканская цивилизация перешла от насечек на глине и дереве к насечкам на поверхности пустыни?