Гек тоже был на этой прогулке. Слухи о нем уже широко гуляли по «Пентагону», и сейчас возле него отирались чуть ли не толпами – хотелось рассмотреть поближе этого очень странного типа. Гек держался настолько отрешённо, что набиваться с разговорами никто не решился. Зато достали просьбами закурить. Гек терпеливо говорил: «не курю» – и медленно перемещался вдоль стены – вперёд-назад, вперёд-назад. Ну никак не походил он на громилу, рвущего цепи и наручники. Наконец один из самых заводных сидельцев, по кличке Кот Сандро, встал у Гека на пути и спросил его с усмешкой:
– Опять в побег намылился, чувак? Что молчишь, с тобой разговаривают… Не сверли, не надо. Даже дырку не протрёшь своими зенками гнилыми. Ты почему никому закурить не даёшь?
Ну как было отвечать на этот дурацкий вопрос, чтобы самому дураком не выглядеть? Гек развернулся к нему спиной и так же неспешно пошёл в свободную сторону. В принципе – час был на исходе, можно и того…
Кот Сандро усмехнулся корешам и ринулся догонять:
– А ну-ка, мужичок, тормознись сюда…
Сандро ухватил пришельца за плечо… Что было дальше – толком никто не понял. Просто Гек сам продолжил поворачиваться в заданном направлении, но только одним корпусом. Кот Сандро тронул правое плечо, и Гек разворачивался вправо. Одновременно он с максимальным ускорением разогнал правую руку, сжатую в полукулак, и наотмашь ребром полукулака ударил по зубам. Главное было в этом фокусе – бить очень резко и точно, и чтобы плоскость ладони шла перпендикулярно зубам, а удар пришёлся бы по кончикам верхних передних. Можно было бы ударить и в переносицу – да это уже насмерть. Сандро упал в полном сознании, но без понимания случившегося. И только когда он стал выплёвывать камешки изо рта – увидел: это его зубы, четверо передних…
…Сандро почему-то упал, мужик по-прежнему шёл… Засвистел тревогу надзиратель на каменном заборе, захныкала сирена, возвещая об окончании прогулки. Поднялась лёгкая суматоха. Сторожу никаких инструкций в тот день не дали, обещали подумать…
Перед прогулкой сидельцев всегда шмонали с ног до головы. И хотя сидящие представители городских кланов, даже враждующих, чётко держали подобие перемирия в процессе отсидки, крови и смертей хватало. Карточные долги, межличностные конфликты, сход с тормозов, припадки агрессии, месть, самосуды – да мало ли чего, и половина ЧП – во время прогулок. Надзиратель сверху не уследил за самой дракой, видел только последствия. Клокочущий злобой Кот Сандро объяснил, что упал сам и ударился ртом о колено – ни к кому претензий нет. Слухачи лишь повторяли информпараши: вроде его залётный урка мочить пытался, да не успел. Чем – не видели, бают – кастетом. Однако дела не завели, материала не хватало. Пострадавшие есть – виновных нет.
Следующей прогулки ждали все – от Сандро до надзирателей, но Гек на прогулку не вышел.
– Свинарник, – коротко объяснил он свою позицию сокамерникам.
В камере ломка старого порядка и утверждение нового прошла на редкость безболезненно. Недаром Гек в своё время провёл целый год возле дона Паоло. Он наглядно учился искусству построения отношений в маленькой людской пирамиде, где чувство меры и такта – тот самый цементный раствор, должный скреплять воедино отдельных людей в единую стаю. Плох раствор – общество некрепко. Лишь оказавшись в шкуре дона Паоло, Гек осознал как следует великую мощь старого дона, идущего по жизни с тяжеленным крестом ответственности за судьбы своего безумного и уродливого мира.
Волею Гека два лидера было в камере: он и Тони Сторож. Тони исполнял роль администратора, вожака, а Гек держался паханом – судьёй и советчиком, толкователем неясных мест зонного кодекса, духовным авторитетом. Он же, благодаря своим деньгам и вертухаю Вильскому, обеспечивал бесперебойное курево, секс-журналы. Через каналы своих однокамерников – и чай, который сам почти не пил, но покупал каждый день. Из камеры он теперь не выходил, тренировался по большей части с маскировкой под физкультуру, гонял волны (мышцы поочерёдно, лёжа или сидя неподвижно), ночами отрабатывал дыхание и сердцебиение, реже температуру. В физкультуре у него сразу же объявилось двое последователей – Красный и сам Тони Сторож. Гек не возражал, почти все показывал и рассказывал. Вот только парни, в отличие от него самого в период ученичества у Патрика, редко задавались вопросами «почему да как»: раз делает так, значит, оно правильно.