Печальное зрелище. Порванные в лохмотья души, пытающиеся добраться до меня, были не опаснее мухи. Сейчас они могли лишь надоедливо жужжать, кружа вокруг своей цели.
Я понял, что в таком состоянии призраки скорее развоплотятся, а не отправиться в Навь.
Вздохнул, осознавая, что по-другому поступить не могу. Я мог бы отправить их в полное забвение, но не хотел это делать, не только по гуманным соображениям… в моём решении была и доля практичности.
Долги надо списывать и чем раньше — тем лучше.
Пришлось начертать в воздухе руну жизни, и ухватив сначала за одну душу, а потом и другую, я стал вливать в них силу. Немного, так, чтобы они смогли более-менее восстановиться, но не сумели полноценно напасть.
Когда в их глазах начал появляться осмысленный взгляд, повторил те же слова, что говорил третьей душе, но в ответ получил только одно:
— Е-е-сть… Е-е-сть… Пи-ща!
— Тьфу! Что б вас…
Пришлось добавить ещё немного, и тогда диалог пошёл.
Настрадавшиеся души легко согласились добровольно уйти на другую сторону. Они уже давно забыли про неоконченные дела и мечтали лишь о покое.
Это оказалось проще, чем я думал.
— Спа-си-бо, — прошелестели они, истаивая в пространстве.
— Морана, прими их в свои чертоги. От всей души, так сказать, — пробормотал себе под нос, и готов был поклясться, что услышал в голове довольное хихиканье.
Вот тебе — раз!
А говорила не придёт и за ходом поединка следить не будет.
Усмехнулся, поворачиваясь к лежащему на земле противнику, из которого уходили последние крохи жизни.
Отступник, извивался, захлёбываясь в крике, но всё это время неотрывно продолжал смотреть на меня. В глазах Ильи пылала злоба наряду с бешенством, так он и умер, буравя меня ненавистным взглядом.
Мои призрачные помощники сыто рыгнули. Ещё бы — это вам не простой человек, а сильный ведьмак, в котором жизненной силы накоплено веками. Раздулись, обожрались и теперь смотрели очень нехорошим взглядом, наверняка думая, сумеют ли меня одолеть.
— Но-но-но, — погрозил им пальцем, и не выпуская из рук посоха, стукнул им по земле.
Почти сразу Навий потянуло внутрь артефакта, но я вовремя остановился, гася руны и пристально глядя на души грешников.
— У вас два варианта: либо возвращаетесь в посох и продолжаете мне служить, либо отправляетесь на перерождение. Кто взбунтуется, будет безвозвратно развоплощён.
Восемь душ в нерешительности зависли надо мной.
— Мы готовы служить, — четыре Навьи подлетели ближе, — Если ты обещаешь нам такую же жатву, как сегодня.
Крякнул. Подобного я точно не ожидал, всего лишь хотел припугнуть заточением. Теперь передо мной вставала дилемма. Очень хотелось оставить их себе. Такое подспорье в борьбе с врагами точно бы не помешало, но договор с Мораной…
Я же обещал, что эти души отправлю к ней в Навь.
— Оставляй, — раздался в голове голос Богини, — но только, если пообещаешь привести взамен других.
— Эх, ну что поделать, обещаю. Значит, к концу года я отправлю к тебе восьмерых.
— Это почему? — возмутилась Морана, — Я насчитала десять.
— Ээ-ээ, нет, так не пойдёт. Троих я уже тебе отдал.
— А те двое, которых развоплотил отступник? Кто мне возместит…
— Стоп-стоп-стоп! Уговор был на тех, кто останется «в живых» после боя. К тому же, неизвестно, что случится за это время, может их количество окажется больше.
Услышал, как недовольно фыркнула Богиня, но оспаривать мои слова не стала.
— Пусть будет так, — произнесла невидимая собеседница, и чужое присутствие исчезло.
— Отлично. Вы, — указал на четвёрку душ, которые выразили желание служить, — Постоянно обеспечивать такой качественной кормёжкой не обещаю, но голодными точно не останетесь. Если согласны, бегом марш в посох!
Глава 19
Навьи переглянулись и тут же юркнули в артефакт. Посмотрел на посох, где тускло светились руны и понял, что периодически придётся подпитывать их своей силой, но это мелочи, главное у меня появился убедительный аргумент при встрече с врагами.
— Теперь с вами, — перевёл взгляд на оставшиеся души, — Подлетайте по одному…
Только когда последняя сущность отправилась в Навь, устало выдохнул и заметил, что руны по периметру ритуального круга практически погасли.
Надо же, я победил. Пусть не сам, а с помощью душ грешников, но это ничего не значило. Главное, я остался жив.
Именно в этот момент что-то сильно ударило меня в солнечное сплетение, сшибая с ног и заставляя упасть на землю.
Боль была жуткой. Казалось, всё моё нутро разрывает на части.
Стиснул зубы, стараясь не закричать, но стон всё равно сорвался с губ.
— Да что ж такое-то?
— Леша? Алексей? Что с тобой? — сквозь гул в ушах донеслись до меня голоса, но я не мог ответить ни слова.
Внутренности выворачивало наизнанку, на губах начала пузыриться пена, тело затрясло, словно в меня ударила молния.
— Сейчас, погоди, я помогу, — раздался знакомый голос, вроде бы Усудца, но точно я определить не смог.
— Стой! Не трогай его! — это уже женский, скорее всего, Марты.
— Пусти! Не видишь, он умирает?
— Да не лезь ты, идиот. Всё равно ничем помочь не сможешь. Он должен сам справиться, иначе никак.
— Но…
— Заткнись. Леша, слушай меня внимательно, — не увидел, почувствовал, как чья-то тень склонилась надо мной, — Держись. Ты принял дар Соколова. Слишком много. Твое тело оказалось не готово к такому количеству силы, но ты должен обуздать её, иначе погибнешь.
— К-как? — процедил сквозь зубы.
— Не знаю. Просто почувствуй.
И я почувствовал.
Почувствовал, как меня распирает от влившейся в меня чужой энергии, которая сконцентрировалась чуть ниже сердца и готова была проломить рёбра, вырываясь наружу.
— Ну уж нет! Хрен тебе! Не уйдёшь.
Сквозь боль, туман перед глазами и жуткую тошноту, я начал равномерно распределять силу по всему телу, потихоньку перенаправляя её в каждую клеточку тела, в каждую артерию, каждый кровеносный сосуд.
Постепенно становилось лучше. Боль начала отступать, принося видимое облегчение.
Я сумел открыть глаза, с трудом поднимаясь на дрожащие ноги. Сергей тут же подставил плечо, на которое я с благодарностью облокотился.
— Уф-ф, не было печали.
Странно, когда я перенимал силу Стефании, ничего подобного не было.
— Почему так… — прохрипел пересохшим горлом.
— Потому что он не передавал тебе дар добровольно, при жизни. Сила почувствовала родственную силу, вот и потянулась к тебе, — пояснила Марта, — Да и ты был не готов принять такой объём.
— Но принял же, — хлопнул меня по плечу Серёга.
Прислушался к себе, ощущая, как с каждой минутой возвращаюсь в прежнее состояние, а ещё почувствовал, что действительно стал во много раз сильнее, правда теперь надо было научиться этой силой управлять и следить, чтобы она не вырвалась из-под контроля.
Руны в ритуальном круге полностью погасли, именно это позволило друзьям зайти внутрь и помочь мне подняться.
— Всё в норме, спасибо, — поблагодарил за поддержку, твердо вставая на ноги.
Немного мутило от выпавшей на мою долю силы, но это казалось сущей ерундой. Я даже не надеялся получить такой профит по окончанию боя.
Оглянулся в сторону деревни и замер, не веря тому, что вижу. Практически все жители Тумановки стояли за околицей, наблюдая за нами.
В глазах каждого читалось беспокойство. Они действительно переживали за меня, молча поддерживая. Вскинул кулаки вверх в качестве победного жеста, и люди издали восторженный рёв, лишь одна женщина осталась стоять со скрещёнными на груди руками, недовольно буравя меня взглядом.
Авдотья, что с неё взять?
Пусть и дальше злится. Не оправдались её надежды на то — что я погибну в поединке.