— Вот как, — с любопытством покосилась она, и в этот момент мы пришли.
Аглая распахнула двери и вошла внутрь.
— Не плохо, — оценил я обстановку.
Большой телевизор, кожаный диван, холодильник и минибар, проем в соседнюю комнату и стеклянный, на красивых кованных ножках, стол.
— Лучше, чем в деревенском домике, — произнесла она со знакомыми мне нотками в голосе.
— Зачем ты обманываешь меня и себя? — ответил я, пройдя в соседнюю комнату, которая оказалась игровой, и имела несколько других дверей. Оно и понятно, у богатых и влиятельных отпрысков бояр и апартаменты соответствующие.
— С чего ты решил? — она подошла ко мне с любопытством на красивом лице.
— Слышно в голосе, — качнул головой я. — С опытом вырабатывается навык слышать ложь.
— Это должен быть огромный опыт, — не поверила она мне. — Ты менталист?
Она действительно отличается от Зеваны, и весьма ощутимо. С другой стороны, если всё же мы поженимся, это будет интересно.
— Я имею некоторую склонность к этому аспекту, но пока не развивал его. Единственное, что я умею, простенькие щиты для разума, — сказал я чистую правду.
Если есть возможность избежать лжи, я буду ей пользоваться. Ненавижу лгать, особенно людям, которые мне не безразличны.
— Тогда я не понимаю, — растеряно произнесла она, спустя несколько секунд попытки осознать мои слова.
— Такое бывает. И если мы поженимся, тогда я расскажу тебе всё, — пообещал я. — Если, конечно, ты спросишь.
— Я спрошу, — ответила она и машинально кивнула, а в следующий миг, видимо осознав сказанное, произнесла несколько слов заклинания.
Воздух вокруг будто уплотнился, а уши заложило, как от давления на глубине.
— Это заклинание защиты от прослушки. Воздух вокруг нас не позволяет волнам звука выходить за пределы кокона. Он так же искривляет наши силуэты, не позволяя прочитать по губам.
— Отличное заклинание! — искренне восхитился я.
— Не скажу, что оно простое, — с недоверием посмотрела она на меня. — Но то, что ты использовал против Светлакова и Власова в последних боях, намного сложнее этого.
— Махать кулаками может каждый, — отмахнулся я. — А создать такое сложное плетение — настоящее искусство.
Девушка снова зарделась, но в этот раз не от неловкости, а от смущения.
— Но Светлаков с Власовым всё же не умеют так «махать кулаками», — заметила она.
— Грешен, — улыбнулся я. — На этом поприще я планирую стать сильнейшим в мире.
Она молча кивнула на это и сказала:
— Мой отец — один из самых влиятельных и могущественных князей в империи. И он не гнушается самых грязных методов.
— Поэтому ты от него и сбежала в тайгу? — предположил я.
— И не только, — согласилась она. — В первую очередь из-за этого договора о свадьбе. Почему я должна быть для него инструментом?
— Но было ещё что-то, — прищурился я.
— Это дело семьи Барклая де Толли и только. Даже если мы действительно поженимся, я не смогу тебе рассказать.
— Он сделал что-то мерзкое, а ты не согласилась с этим? Или сделала, как он хотел, но после этого ушла? — решил я уточнить. При втором варианте её бровь невольно дёрнулась, а потому я больше не стал её мучить: — Это дело прошлого, и мне не интересно.
Она с благодарностью посмотрела на меня. А я продолжил:
— И даже если ты когда-нибудь решишься рассказать, я выслушаю тебя, но не стану осуждать. Ты была во власти родителя, даже если считаешь, что действовала сама.
Глаза Аглаи поражённо расширились, а изо рта вырвалось:
— Откуда ты…
— Опыт, — улыбнулся я.
Несколько секунд она пристально смотрела на меня, после чего медленно кивнула, принимая мои слова на веру.
— Мой отец не потерпит мужа простолюдина, да ещё чтоб я была вторым номером, — выдохнула она. — Он приложит все силы, чтобы убить тебя.
— Так ты из-за этого решила спрятаться от посторонних глаз? — на этот раз удивился я.
— А как иначе? Он один из великих князей, а я его дочь. Как я могу прилюдно говорить о нем такое…
Затараторила она, а спустя минуту оправданий, заметила мою улыбку.
— Да ты издеваешься! — воскликнула Аглая и бросилась на меня с кулаками.
Правда, не особо сильно, поэтому я обвил её руками, легко преодолев атаку, и прошептал:
— Вскоре я стану князем, и если твой отец встанет на моём пути, то… — я многозначительно хмыкнул. — Ты слышала, что бывает с моими врагами.
— Но ведь это мой отец! — расширились её глаза.
— Так и я не зверь. И прежде, чем рубить головы, для начала попробую пустить немного крови. Для оздоровления отношений, так сказать.