Не став мудрить, я начал двигать меч во все стороны, словно пытаясь открыть тугую крышку перочинным ножом. Несколько бесконечно долгих секунд ничего не происходило, и в моей голове уже начали появляться не радужные перспективы боя на узкой тропе вокруг которой разверзлась бездна, а потом ворота жалобно скрипнули, и одна из створок с неохотой отошла.
И в этот миг первая обезьяна меня настигла. Всё же не успел.
За спиной резко стало шумно. Я интуитивно пригнулся и сделал шаг в сторону. В это же время рядом раздался грохот удара и утробный вой, наполненный яростью, болью и вселенской обидой.
А ещё там явно был хруст, поскольку, когда я посмотрел на первого из противников, тот баюкал одну из лап, что сейчас свисала плетью.
— Так тебе и надо! — наставительно воскликнул я и, заметив краем глаза ещё с десяток обезьян, которым до меня остались считанные метры, без раздумий рыбкой сиганул в небольшой просвет в воротах.
Оказавшись внутри, я развернулся и, вложив все свои силы, с криком «Ха!!!», закрыл ворота.
Тут же раздалось несколько глухих ударов с той стороны, за которыми последовали очередные обиженные крики пострадавших обезьян. При этом ворота даже не шелохнулись.
— Как тогда я вообще умудрился их открыть? — раздался вкрадчивый шёпот, который, казалось, шёл ото всюду и сразу. — Почему те монстры не могут войти, а я смог? Я особенный? Или мне повезло? Или всё вместе?
Пока невидимый собеседник говорил, я огляделся. Он явно читал мои мысли и озвучивал их, отчего становилось не комфортно. Надо всё-таки заставить Даниила научить меня ментальной магии, чтобы больше никто и никогда не мог залезть в мою голову.
— Не хорошо подглядывать чужие мысли, — обратился я к невидимому собеседнику.
Внутри темной громады замка оказалось… Я даже не сразу понял на что это место было похоже.
Несколько секунд я вглядывался в детали, пытаясь найти в памяти отклик, и наконец разум нашёл в закромах нужное воспоминание.
— … Вокзал, — невольно вырвалось у меня.
Белые колонны, расположенные вдоль светлых мраморных стен, изгибались под арочный потолок. В отличие от советских вокзалов, здесь не было барельефов, и конечно же, отсутствовали бесконечные магазины. Здесь было пустынно, а в конце зала у стены возвышались две красные статуи. Судя по очертаниям, это были статуи знакомых летучих обезьян.
Я крепче сжал клинок, предвидя скорое оживление истуканов.
— Вокзал! Вокзал! Вокзал! — заголосил невидимка, и в его голосе я услышал признаки безумия. — Ты первый посетитель! Уже целую вечность здесь не появлялись разумные!
— Кто ты? И что это за место? — мягким голосом спросил я.
Если говоривший провёл целую вечность в одиночестве, то удивительно как он вообще способен вести диалог. Поэтому — спокойно, аккуратно и ни в коем случае не давить. Был у меня опыт в самом начале пути в правоохранительных органах, когда пришлось сопровождать буйного в психушку. Он всё дорогу что-то бормотал, иногда меняя голос, словно в нём просыпались бесы.
— Имя? — словно впервые услышал он слово. — Имя, имя…
Он всё повторял это слово, видимо пытаясь вспомнить, а мне почему-то представился маленький худой человечек с седой причёской а-ля Альберт Эйнштейн, такие же тусклые и редкие растрёпанные волосы.
И в этот миг на безупречном светлом мраморе пола появился он. Прямо как я его представлял, маленький и невзрачный, с посеревшей кожей, большими растерянными глазами, рвущий у себя на голове волосы.
— Имя, имя, имя… — всё бормотал он и тут поймал мой взгляд: — Ты меня видишь?
Удивление было настолько сильным, что я сразу поверил.
— Вижу, — кивнул я. — Если у тебя нет имени, я могу тебе его дать.
Несколько секунд на его лице отражался бурный мыслительный процесс, после чего он недоверчиво произнёс:
— Что ты хочешь взамен? — он выпучил на меня глаза ещё сильнее, и теперь казалось, что они могут выпасть из орбит при первом резком движении.
Я окинул взглядом помещение вокзала, где не наблюдалось и намёка на ожидающих пассажиров, указателей выходов, работников и всего того, что составляло суть вокзалов. Здесь было лишь пустое просторное здание, непонятно как освещавшееся, и безумный старик, что молча ждал от меня ответа.
— Мне нужно найти кое-кого, — можно было бы попросить его показать выход отсюда, желательно безопасный, но по логике, вокзал — это путь, а его работники должны многое знать и уметь связанное с этим.
— Без проблем. Если его дух заблудился, я без проблем его найду! — оживился он, и в глубине глаз зажглись огоньки одержимости.