У меня на родине тоже уже давно нет свидетелей юридически, но многие до сих пор это дело практикуют, пусть и номинально.
— У меня сразу две жены, так что будут и свидетели, — не стал я врать боевому товарищу, особенно по такой ерунде
— Тогда я в деле. Коль честь такую оказываешь, буду свидетелем. Но нужен ещё кто, ведь от жён тоже наверняка будут свои представительницы.
— Твоя правда, — кивнул я. — Нужно ещё кого-нибудь подыскать.
— Из достойных — Мерлин, — немного подумав, предложил Илья. — Сколько лет его знаю, а гнили за ним не наблюдалось ни разу.
— Тогда предложу ему, — кивнул я.
Илья прав, хороший ректор мужик. Все свои связи и должников поднял, чтобы максимально изолировать темных волков в горах.
— Он точно согласится, — улыбнулся Муромец.
Мы замолкли, любуясь природой. Несмотря на зимнюю пору, здесь было комфортно и как-то легко.
Спустя минуту я поднялся и сказал:
— Время истребления, — прозвучало пафосно, но точнее слов не найти, что подтвердил Муромец:
— Хорошо сказано.
Я открыл новый портал, и мы оказались в нашем импровизированном штабе, сделанном из армейского шатра.
Здесь были Даниил с Прониным, несколько князей в том числе и Красноярский и, вот неожиданность, сам император Российский.
Он сидел во главе длинного стола, и все остальные его внимательно слушали.
— Алексей, — с улыбкой заметил он наше появление, — богатырь Илья Иванович, — к моему товарищу он обратился с подчёркнутым уважением, видимо, эти двое уже были знакомы.
— Государь, — поклонился Илья. — В последний раз я был в таком шатре, когда Русь матушку бусурманы с монгольских степей осаждали.
На миг глаза императора заволокло туманом воспоминаний.
— Они думали, что империя лёгкая добыча для их кочевой армии одарённых.
На это оба мужчины рассмеялись.
Я с любопытством посмотрел на точку на карте, горящую синим маркером.
Чойский перевал. Когда-то это было место, где люди останавливались отдохнуть и полюбоваться природой по пути на Телецкое озеро, что являлось популярным курортом. Во всяком случае так было в моём мире. А здесь видимо всё было иначе, и Алтай в качестве курорта был невостребованным. Интересно, неужели здесь не слышали о горном туризме? Этот вывод я сделал из того, что империя особо и не чесалась по поводу утерянных населённых пунктов с людьми на этой территории, пока я не спровоцировал военную кампанию против тварей.
Или я чего-то не понимаю.
— Двойник не подойдёт, — произнёс я, заработав неодобрительные взгляды собравшихся. Даже вечно невозмутимый Даниил нахмурился, хотя улыбку не убрал. Всё же у него точно не все дома.
— Алексей… — начал была император, и наши взгляды встретились.
Удивительно, но за яркой синевой глаз я отчётливо видел упёртый взгляд.
— Они, конечно, нападут, но матка точно не придёт. Уверен, у этой твари отменный нюх, и как бы мы ни изощрялись, обман раскроется если не мгновенно, то очень быстро. Мы просто потратим драгоценное время. — Я обвёл взглядом сидящих и добавил решительным тоном, который не подразумевал возражений: — Я пойду сам и уничтожу тварь. На этом всё. Когда выдвигаемся?
— Площадка будет готова к завтрашнему утру.
— Тогда мы с Ильёй отсыпаться, и завтра начнём операцию по уничтожению матки. Есть вопросы? Возражения? Предложения?
Я поймал внимательный взгляд князя Барклая де Толли.
Все, включая императора, промолчали. Государь лишь набычился, его рот недовольно сжался. Что ж, это его проблемы. Я делаю то, что считаю нужным, и так будет всегда. Если он хочет и дальше сотрудничать, то придётся ему с этим смириться, иначе наши пути разойдутся, и никакая империя и маячивший на горизонте трон не помогут.
Я покинул шатёр и попрощался с Муромцем. Но вместо того, чтобы сразу телепортироваться, как это сделал мой боевой товарищ, дождался пока из шатра выйдет Богдан Михайлович.
Красноярский князь выглядел внушительно и не внешне, а внутренне. От него исходила почти такая же аура власти как от императора, лишь немногим ему уступая.
— Алексей Николаевич, — почтительно кивнул он, но без фальшивых ноток лизоблюдства. Оно и понятно, он один из могущественных и влиятельных бояр империи, к чему ему лебезить, тем более перед кронпринцем.
— Богдан Михайлович, — точно такой же кивок в ответ.
— Вы очень смелый молодой человек, — в голосе князя прозвучали нотки уважения.
— Оправданный риск, — пожал плечами я, наблюдая за клапаном палатки, из которой так никто больше и не вышел. Все остальные, видимо, воспользовались порталами.
Помолчали.
— Красиво тут, — шумно втянул носом воздух князь.