– Добей, – вдруг открыв глаза, просипел раненый. – Командир, пожалуйста… пожа…
Парень несколько раз дернулся и затих, устремив неподвижный взгляд в высокое, совсем не по-осеннему синее небо.
– Спи спокойно, воин, – опустившись на колено, Кир закрыл умершему глаза. – Ты погиб не зря. Извини, сейчас прощаться с тобой некогда.
И словно в подтверждение его слов, из зарослей орешника выбрался запыхавшийся вестовой. Враги начали атаку на левом фланге. Как и ожидал Кир, они наступали вдоль линии моря, в случае чего надеясь вовремя убраться на лодках.
Впрочем, кое-кто остался и в центре. Едва Кирилл отдал приказ контратаковать, как с форта валом посыпались муты во главе с рогатым. Около двух дюжин нео встали против десятка Кира, воинственно размахивая дубинами и вопя. Однако в бой враги почему-то не торопились, словно чего-то выжидали – или, помня об участи своих сотоварищей, просто опасались попасть под мощный винтовочный залп. Тут уж никакие прыжки и ругательства не помогут. Прыгай – не прыгай, рычи – не рычи, а пуля 7,62 мм – штука могучая. Тем более выпущенная из винтовки Мосина, у которой ствол – ого-го! Это вам не какой-нибудь там ПМ или кавалерийский карабинчик.
Вожак в рогатом шлеме повернулся к своим, замахал руками, видать – что-то говорил. Скорее всего, пытался отправить в бой угрозами и пинками. Ничего не выходило, да, верно, не к тому рогач и стремился. Пройдясь перед воинами, он развернулся и в несколько прыжков оказался прямо перед винтовками кронштадтцев. Один. С усеянной гвоздями палицей и в дурацком шлеме. И кого надеялся им запугать, чучело?
– Моя зовут Ххаррг! – потрясая палицей, громко завопил рогатый. – Ххаррг – вождь! Ххаррг – смелый, да. Если ваш вождь не трус, Ххаррг вызывает его на поединок! Будем драться один на один, как подобает воинам. Если не трус ваш вожак, х-ха! Ххаррг сотрет его в порошок, у-у-у-у!!! – попрыгав и повопив, вождь нео продолжил все тем же презрительно-хвастливым тоном: – Ну, трус, выходи-и-и! Только уговоррр – драться без пули-и-и! Без ножжжа! Голыми руками, да! Пуля – друг трррусов! Ххаррг – не трус.
– Что ж, без пуль, так без пуль, – глянув на солнце, ухмыльнулся Кир. – Рэм еще не вернулся? Нет? Как вернется – пусть сразу ко мне. Пока же…
– Друг! – округлив глаза, Дэм схватил десятника за руку. – Ты и в самом деле хочешь выйти на поединок с этим… с этой горой мяса?! Это ж не человек вовсе! Он же тебя сомнет.
– Авось не сомнет, – подняв винтовку, Кирилл показал ее дикарям и картинно положил наземь. То же самое проделал и с пистолетом. Без пуль так без пуль.
Улыбнулся, успокаивающе помахал своим и направился навстречу врагу, беспечно подкидывая на ладошке только что подобранный камешек. Словно гадал – повезет или нет?
Повезет? Честно говоря, кронштадтские сильно в этом сомневались. С таким-то соперником! Такого бы завалить поскорей, словно медведя… да только вот Кир строго-настрого приказал не стрелять.
Бросив к ногам палицу, вожак нео снял шлем, обнажив бритую шишковатую голову, словно бы вдавленную в необычайно широкие, бычьи плечи. Массивная челюсть, выдающиеся вперед надбровные дуги, из-под которых злобно взирали на мир маленькие поросячьи глазки, перебитый, с вывороченными ноздрями, нос, – все это придавало лицу вожака дьявольское, дикарское выражение. Этакое сочетание злобной тупости и лютой подростковой ненависти к любому, кто «не наш».
Ух, каким торжеством вспыхнули глаза дикаря, едва он увидал идущего к нему Кира! Как плотоядно раскрылась пасть нео, усеянная желтыми кривыми клыками. Изо рта капала желтоватая слюна, будто рогатый вожак собрался сожрать соперника. Очень может быть, что именно это он и намеревался сделать при полном одобрении своих соратников.
Как он разминал пальцы… как сжимал кулаки… да что там кулаки – кулачищи размером с человеческую голову. При таких кулаках никакой дубины не надобно.
– Я все же его уложу, – Симотра дернул с плеча винтовку.
– Стоять! – быстро приказал Дэм. – Что сказал десятник? То и делай.
– Но он же…
Враги сближались, не торопясь. Ххаррг то и дело останавливался, поворачивался к своим, поигрывал мускулами, получая в ответ вой дикого одобрения и восторга.
– Ххарррг, у-у-уу-!!!
– Х-хахаха!!!
– Ххаррг, о-о-о-о!!!
– Пор-рви его, Ххарррг, пор-рви-и-и-ии-!!!!
Вожак повернулся. Смерил идущего десятника презрительным взглядом, ухмыльнулся… и, потирая ладони, быстро пошел вперед, прямиком на Кира.