Выбрать главу

   Стали, значит, нашу личную маленькую рыть. Ох, блин! Несмешно это – вот, ни разу!

   Лучше б я дом щас вот прибирала! Там, коль устанешь, так поваляшки сделать можно, чайку подуть, сочку тоже. А тут оторваться – без смысла! Потому как, пока отмоешься да в чистое вся заползешь, уж и – вечер будет. А Жанка велела: успеть до свету!

   Папка вчера хотел фонарей по саду понатыкать. Но Жанка обрезала: «Не блажи!»

   Потому как для буржуйских гостей у нас другая дачка уж есть. Отсюдова далеко, кстати.

   Там и домик покраше, и огородика нету ни разу. Такой садик там – тока для понта. ДерЕвца хиленьки ненатурно рядками стоят, а меж ними – дорожки из мрамора типа. И банька снаружки плитнячком обложена – тож вид под мрамор как бы. Прям, не дачка с банькой, а мемориалка одна – помни о смерти!

   Ну, и не любим мы дружно то место.

   Папка там сам с дружками, коли надо, отдыхает. Прислужки там есть – два мужичка пенсионных. И непьющие вовсе, и работящие дюже, и, что для Жанки важнее – не девки ни разу.

   Леська наша считает: девок и по сотику вызвать срочно – не проблема!

   Но Жанка не психует. Потому как у ней и мужички те служивые – в должниках как бы, за момент ихнего трудоустройства. Настучат втихаря по сотикам – сама им подарила, Жанка-то. И камерки, где надо, понатыканы.

   Вот, удивитесь-ка! Папка у нас – крутой, и деньгу в дом несет! А ведь нефига в камерках не сечет! Тупо ему это, и не в тему. Ступор мозга на технику – и точка.

   А Жанка сама все «жучки» повставляла – мы с сеструхами тока любовалися! Ну, лестницы еще держали, и руки – штоб ловить, ежели Жанкин слет вдруг будет...

   Горжусь! А то! Эт у других – мачехи-мамки как дурёны тупые. А моя – прогрессивная! Жаль тока, картошу добром лишь на дачке дает – в вид ностальгии как бы. А дома завсегда ругается люто: «Нефиг вам картоша! Ожиреете, дуры!..»

   В общем, копашки пошли скушно. И Тоська – тож вся грязнючая, – даж нашептала, што давай, Уошка, бунтовать как бы!

   Но мне и бунт делать – неохота. Потому как, ну и пущай! Помру я на грядках, даж тушеной картоши не отведавши! Потому как нету у меня с принцем Союза – нефиг, и даж ни разу уже. И неохота мне по теме бунтом жизню мою горькую даж окрасить!..

   И опять я всплакнула. Зря, кстати. Нефиг плакать, коли мордашка – в пыльке! Полоски на личике пошли – Тоська даж ржать стала.

   И тока я рот открыла, штоб, значит, устыдить: мол, чё ржешь над чужой бедою! – как слышу: за спиной ширх-ширхи машинные. Обрадовалась я маленько!

   Молодец, думаю, Васёк! Быстро сало нашел!

   Щас я дёру дам нямку варить – и фиг меня на окопы опосля возвернешь-то!..

   Обернулась...

   А сама-то я – вся в полосочку, и в косынке еще из наволочки, потому как мы косынок по жизни не носим, а на дачке типа как – нужно...

   Гляжу: машина Владикова стоит! Буржуинская особо – фиг спутаешь!

   И дверка нужная отперлась! А оттудова сам мой принц задним ходом ползет – попкой, то есть, наружу. Я даж залюбовалась маленько. А то! Не у каждого принца – задница клёвая!

   И джинсы новые, как посмотрю. Темно-синие. И нашлепки по попке еще – орлы железками!..

   Ну, вылез.

   О-ой! Брутальчик мой справненький!..

   А я и забыла, што грязная. И даж забыла, што на принца сердита как бы. Память в момент – отшибло!

   И ка-а-ак помчусь к нему! Штоб, значит, обнимашки делать.

   А Владик на землю сумки, которые из тачки вынул, бухнул – бум да шмяк!

   И стал меня по воздуху крутить! Кружить – в реале!

   А с меня на него – земля летит! А у него все равно мордаш – щастливый-щаcтливый!

   И я тут сразу поняла: всё, нефиг надо кирпич – на башку ждать! Мне теперь долго-долго жить охота! В натуре! Потому как: вместе и мир!..

 

24

 

   XXIV.

 

   И стали мы с принцем вечерами как бы на седьмое небо летать. От счастья типа. И притом – полного в натуре!

   Ну, днем я на дачке Жанке в охотку помогаю. Потому как жизнь наша наладилась почти. И можно кротишкой в штанишках в земле рыться – без обидки. Тока в перчатках – потому как Жанка за принца волнуется. Чтобы типа Крошку ее не разлюбил.

   Перчатки из резинки – неуклюжие шибко и неловкие вовсе. Но я терплю. Ради Жанки.

   Она тож – как на небе почти! От радости! У Крошки – принц, у Тоськи – Васька, а у других дочур – оптимизм!  

   А оптимизм у Леськи с Зоськой с того случился, што мы с принцем им женихов ищем. А чё?! В реале – сможем!..

   Но я как бы порядочная совсем становлюсь – типа как невеста уже. Вот-вот принца любовь нафиг прихлопнет, и он таки меня замуж возьмет!