Это про папку. Остальные – еще хуже. Они не орут, когда падают. Они просто так орут, без причины вовсе!..
Ну так, в тему забью: уборщица Наташа пришла утром, всё за нами собрала, чего я собрать не успела, потому что мы вчера с принцем вместо уборки – ругалися.
Такая вот жизнь – опасная. Думала, любовь станем начинать, а начались понты!..
А всё шло так... Слушать сюда!..
Пришли мы ко мне в кухню. В общую, конечно. Потому что в моей спальне кухни у меня нет. Неумно это – две кухни в одном доме держать!
Ну, пришли мы с принцем моим, косолапчиком. Сели на диванчик... Не-е, стол есть! И стулья. Но это всё жесть – попка сидеть устанет! А я кресла люблю. Потому как – мягкие. Но в кухне – только диванчик еще, и столик журнальчиковый при нем. Тока без журнальчиков. А просто так – для чаю.
Поставила я на кружевца принцу чай. Кружевца я сама сплела. Такие, знаете, как у моей бабушки были, пока она не померла. А потом – у нас, но сносились. И тоже, считай – как померли!
Вот, на новые беленькие кружевца поставила я нам по блюдцу. Потом на всякое блюдце – по чашке. В чашки чай налила. Байховый, хороший. Байховое оно всё – хорошее! Одеялки – тоже. Нравятся мне всегда! Но вот чай, хотя и пишут на нем, что черный – а всегда обман, не черный он, а разный. Как сок вишневый бывает, как апельсиновый – тоже. Всякого цвета. Но вот, как чернила – ни разу не видала! Папка говорит: «Это – нормально, не дальтоник ты, Уошечка!» Ну, ясно: я – ни при чем! Нормально вижу, что чай – обман! Ведь вот хлеб черный – и правда, почти как надо. Хотя тоже – не очень...
Короче, попили мы чаю с сушами. Принц, правда, не очень суши ел. Наверно, сытый был. Он больше меня ел. Глазами как бы.
Сидит типа такой весь голодный и на меня облизывается! Вот умора! Ну че я ему – булка, что ли?!
Я даже подумала, что это – перенос энергии. Ну, когда жрать охота хлебушка, а его рядом нет. И ты, значит, готов подушку грызть с горя!
И, пожалевши гостя, предложила с душой:
– Ты, гость, если булку хочешь – так у нас дома нету. Но я сбегаю в магазин шустро – и притащу. Или сушек простых? Вместо суши что бы... Хочешь?
А он прищурился как-то косо, типа глаза с голоду свело, и говорит эдак хрипло:
– Не-е, не надо, малыш-шка! Ты сама впа-а-алне за булку сойдешь! Хм, хм...
Видали, да?! Типа пугает меня, что – людоед! А я ведь знаю: принцы – они не людоЕдят никак, они только на тачках катаются и виски пьют. Иногда.
– Ха-ха! – смеюсь. – Вот и врешь ты всё! Никак не съешь!
А он хитро шепчет:
– А вот и съем! Спорим?!
И-и!.. Что удумал! Принцище беспринципное! С лапами полез!..
Ну, как вам это?!
Стал меня за мягкие точки хватать, и халатик тискать.
А я вырвалась, сердитая вся. И кричу:
– Какой же ты принц тогда, чудище халтурное! Принцы – они ведь сперва ухаживают! Цветы там дарят всякие! Конфетки! В кино на тачке катают! И всякое это!.. А ты!..
И как заплакала! От обиды, что крепчок мой – и не принц вовсе, а так... Как Васька!..
А он сперва разозлился и орать стал. Прям, как папка мой, когда злой.
– Ты, – кричит, – стерва двузначная! Я, что ль, сам твои суши пить пришел! Во, лохушка понтовая! И знать тебя не хочу!
Я совсем слезами залилась. Аж халатик весь мокренький! Но гордо так воплю:
– Ну и катись, раз не принц! У меня таких Васек полон рот! И еще – суши не пьют! А едят! Вот так!..
А он сел на диванчик. Сидит. Тупо в пол глядит. Посидел-посидел. И добрый обратно стал! Чудеса!
– Ты, – говорит, – кончай реветь! Я, видать, всё не так понял. Ты типа дура, наверное...
– А я и не отрицаю, – говорю, – что маленько дура. Но эт никоих прав принцам быть Васьками, всё одно, – не дает!
И он успокоился быстро. Видать, принц все-таки, хотя – малость чокнутый. Типа меня.
И спрашивает, чай обратно хлебая:
– А как тебя звать-то хоть?
Я обрадовалась, что мир начался, и отвечаю:
– Свои зовут – Крошечка-Уошечка, а по-правде: Ольга. Можно еще «Оль» звать.
– Уошечка – это прям в тему, – вздыхает мордастик мой. – Ну, а я – Бобка! Привет, короче!
Как я расстроилась – прям как пианино наше. Аж голос застонал от досады!
Еще чего-о-о! Бо-о-обка! – стонаю. – Принц Бо-о-обка! У-у-ужасть!.. Ну, нет! Говори, как по-правде звать!
– Ну, по паспорту, что ли? – смеется. – Тогда – Владимиром!
Как я запрыгала! Едва не в потолок! Прыг-скок от счастья!