— Думаю, я больше не могу это скрывать. Я хочу попросить вас об одолжении, Кудо-сама.
Чжоу понимал, что означает этот вздох.
— Вы примете у себя этих Даосских мастеров? — Чжоу опустил голову в мольбе.
Как Макото и желал. На мгновение его губы дернулись в удовлетворенной улыбке, но он тут же показал сомнение:
— А это будет мудро? Ведь разные традиционалисты находятся в союзе друг с другом.
Вот почему те, у кого число «девять» в фамилии, не могли игнорировать Чжоу Гунцзиня. Традиционалисты — так называли различных пользователей древней магии, сосредоточенных в Эдо, которые преодолели различия своих сект, чтобы стать союзниками Магической ассоциации. Хотя они и не размахивали титулом «традиционалисты», он стал их гордостью или, может быть, высокомерием.
Традиционалисты пытались защитить индивидуальность древней магии. Можно даже сказать: держались своей идентичности. Само собой разумеется, что на это оказало большое влияние их взаимное противоборство с Девятой лабораторией. Ярость традиционалистов из-за предательства Девятой лаборатории вылилась в неприязнь и стала единой силой, объединившей волшебников древней магии в союз. Естественно, они были враждебны к тем, кто сейчас носит в фамилии число «девять». Особенно к самой передовой семье, клану Кудо.
Поэтому Чжоу полагалось бы представить иммигрантов, волшебников древней магии, какому-нибудь последователю оккультных традиций, которые в Японии уже существовали. Чжоу должен был знать о том, что может увеличить враждебность к его собственным людям, если будет сотрудничать с теми, кто носит в фамилии число «девять».
— Мой величайший долг найти прибежище соотечественникам, которые бегут от тирании. У меня в самом деле есть обязательства перед традиционалистами, которые до этого со мной сотрудничали. Однако они не перевешивают мою первоначальную цель.
— Вы можете называть это прибежищем, но правительство не предоставит гражданство беженцам, если только не будет особых обстоятельств.
— Не имеет значения даже если временно. Для угнетенных тиранией хотя бы временно пожить в мире — бесценно.
Не было похоже, что Чжоу врал, однако выглядело так, будто он собирал сведения о своих соотечественниках. Конечно, полностью Макото ему не верил, но для него не имело значения, даже если бы это было наиграно. По крайней мере, он мог верить, что Чжоу не сговорился с традиционалистами, чтобы обмануть клан Кудо, решил Макото. Этого для него было достаточно, чтобы убедиться, что это не какая-то тактика традиционалистов.
— Хорошо. Убедиться, что волшебники могут жить как люди — основополагающий принцип Десяти главных кланов. Наш естественный долг — подать руку помощи волшебникам, которые отказались от родины, потому что хотят свободы. Но мы не можем вести себя легкомысленно, поэтому, пожалуйста, поймите, почему мы не можем ответить немедленно.
Однако он не мог сразу же согласиться. Он не мог позволить человеку, которого встретил впервые, относиться легкомысленно к главе клана Кудо, хотя, может быть, он слишком много думал.
— Разумеется. Это вполне естественно. — Похоже, Чжоу не возражал против того, чтобы Макото отложил решение. Наверное, потому что Макото высказал доверие его плану. Чжоу достал из кармана небольшой конверт и передал его Макото. — Вот, я подготовил профили Даосских мастеров. Надеюсь, я получу положительный ответ.
— Я возьму информацию, которую вы так заботливо предоставили. Я отвечу к началу недели, — ответил Макото, принимая конверт с картой данных.
— Я признателен. Вы не против, если я приду в понедельник?
Макото достал с кармана терминал в виде записной книжки, окинул взглядом и тут же поднял глаза:
— Если только в четыре вечера.
— Значит, в это время. Спасибо за сегодня, — элегантно поклонился Чжоу, подобающе своей внешности.
Пролистывая данные, которые ему передал Чжоу, Макото вызвал начальника безопасности лаборатории и приказал засекретить визит Чжоу.
— Не говорите даже предыдущему главе. Поняли?
Макото приказал держать визит в абсолютной тайне, что даже попросил не говорить об этом Кудо Рэцу. Начальник безопасности, когда кланялся и уходил, выглядел обеспокоенным. Затем Макото связался с частным торговцем информацией. Тот пришел менее чем через час, Макото запросил дополнительное расследование к тому, которое предоставил Чжоу Гунцзинь.
Закончив с первым документом, Макото откинулся в кресле и глубоко вздохнул.