Главный разработчик приказал Куклам-паразитам схватить Тацую, а частной вооруженной группе семьи Кудо, которые были временно под его командованием, схватить Пикси.
Тацуя, мчась между деревьями, увидел Куклу-паразита, остановился и нацелил на неё CAD. Тем не менее в следующую секунду Тацую бросило назад невероятной силой, он даже не успел применить магию.
«Очень… быстро!»
Он не упал на землю, его отбросило неожиданно далеко. Используя этот краткий миг, который из-за ускорившегося восприятия казался дольше, Тацуя начал анализировать, почему противник оказался быстрее.
Во время предыдущего обмена реакция Куклы-паразита оказалась заметно быстрее, чем Тацуи. Обнаружить силуэт врага и сразу же начать двигаться — такая скорость просто выше человеческих возможностей. Создавалось такое впечатление, что это была не только превосходная скорость обработки данных электронного мозга, но и машина, созданная специально для битвы.
На первый взгляд стройное тело не могло похвастаться подобной силой. Однако, как помнил Тацуя, такое тело, одетое в женскую боевую форму, обладает как силой, так и ловкостью, противоречащей внешнему виду.
Не было ни шлема, ни какого-то другого головного убора, потому что волосы были сенсорами воздушных и водных потоков. Защитных очков или козырька тоже не было, из-за того что сами глаза были защитой для световых сенсоров внутри. Кожа была создана из пуленепробиваемого композитного материала, суставами были способные на быстрые движения роторы, и это всё дополняла красота, превосходившая даже Пикси. Женщина-робот…
«Боевые слуги-гиноиды. Так их по-прежнему производят?»
Боевых слуг создавали в замену пехоте. Прототипы уже могли использовать стрелковое оружие, и исследования до сих пор продолжались, хотя главным образом они предназначались для обеспечения безопасности в зонах высокого риска. Однако Тацуя слышал, что их разработка застопорилась. Потому что вместо того, чтобы придерживаться человеческой формы, было намного эффективнее применять не гуманоидные автоматические орудийные башни с более плавной механикой.
Боевые слуги-гиноиды, созданные для военного использования, специализировались на сборе информации во время боя. Однако это не должно было привести к тому, что Тацую ударили ещё до того, как он активировал магию.
Не было никакой точки удара, его всего отбросило назад равномерным давлением на всё тело. Это было знакомое чувство, будто удар магией Ускорения. Кроме того, такая высокая скорость и грубая конструкция Эйдоса…
«Одиночная системная магия Ускорения… нет, это телекинез!»
В воздухе Тацуя поправил своё положение, готовясь к удару.
Спиной он врезался в ствол дерева. Удар оказался слабее, чем он ожидал, скорее всего броня послужила компенсатором. Такой уровень повреждения не требовал использования «Восстановления».
Тацуя сполз по дереву на землю и тут же принял боевую стойку. Прислушавшись к инстинктам, Тацуя прыгнул. Не было даже возможности применить магию, не было времени даже на Мгновенный вызов, он успел лишь Псионами усилить мышцы, чтобы убраться со своей изначальной позиции.
Его оценка была вознаграждена — он успешно избежал атаки. На предыдущей позиции образовался кратер, будто бы там ударил гигантский молот.
«Это тоже магия Гравитации. Такая примитивная последовательность магии точно телекинез».
Паразит, с которым он дрался прошлой зимой, обладал похожими умениями. Та сущность использовала не «магию», а «экстрасенсорику». Волшебники перестали использовать «экстрасенсорику», взамен получив «магию». Подавляющую скорость принесли в жертву универсальности, точности и стабильности. Тацуя чувствовал, что противник довел эту способность до логического предела.
«Значит, Паразиты и вправду полагаются на экстрасенсорику в качестве оружия!»
Возможно, это была специальность этого Паразита, но оптимизм — это нечто, чего следует опасаться.
Тацуя нажал несколько кнопок на своём любимом Трайденте и установил Рассеивание заклинания в Цикличный вызов. Магия разложения «Рассеивание заклинания» могла разрушить структуру последовательности магии и вернуть её к изначальному состоянию псионового шума. CAD активировался и записал Эйдос, отличный от обычных последовательностей магии, в особую Зону расчёта магии Тацуи.
Тело Куклы-паразита выпустило псионовый свет. Глаза Тацуи восприняли не сам свет, а то, как упомянутый свет формирует структуру последовательности магии.
Выстреливший ему по ногам Эйдос содержал смысл «деформировать».
Прежде чем «смысл» преобразился в «явление», заклинание Тацуи разложило сам Эйдос.
Обитающую в кукле сущность предала аура потрясения. Возможно, потрясение почувствовала не только кукла, но и оператор, так как её остановку невозможно было объяснить иначе. Она не только не нападала, но даже не активировала защитное поле, которым атаковала Тацую во время первой с ним стычки.
Придя к такому заключению, Тацуя начал сближаться со слугой. Ускорившись настолько, насколько могли поспевать мысли, Тацуя ударил кулаком куклу в грудь.
Через его ладонь куклу пронзило колебание из Псионов, временно отменило псионовый барьер, обволакивающий главное тело Паразита, и обнажило заклинание, соединяющее Паразита с куклой.
«Копирование завершено».
Тацуя использовал концепт магии Восстановления, чтобы скопировать то заклинание.
Придя в себя, Кукла-паразит с нечеловеческой силой ударила рукой в ответ, но Тацуя уже закончил копирование и прыгнул в сторону, уклоняясь от атаки. Хотя из-за такого тела у куклы было преимущество, человеческое тело могло стать более гибким благодаря бесконечной тренировке. С помощью боевых искусств он мог превзойти механику, а человеческой решимостью — преодолеть демоническую силу.
Он собрал силу в левый кулак, поднял его на высоту груди, затем представил, как в руке сжимается небольшая сфера. Он разжал кулак, будто толкая сжатую сферу, не приближаясь к Кукле-паразиту, та находилась на расстоянии вытянутой руки, он протянул руку. Тацуя бросил противопаразитный шарик в электронный мозг Куклы-паразита.
После того как пушионовый Эйдос Паразита лишился псионового защитного барьера, он остался совсем беззащитный. Заклинание, соединяющее Паразита и куклу, тоже разрушилось, Паразит почти освободился.
Будь это человеческое тело, Псионы не были бы сосредоточены лишь в области груди. Более того, человеческое тело отключилось бы в тот миг, когда исчезли все Псионы, и не смогло бы больше оставаться хозяином Паразита. Однако этот слуга — всего лишь машина, на чью производительность не влияет потеря Псионов, если его снова наполнить Псионами, он снова сможет служить Паразиту хозяином.
Тацуя активировал магию Восстановления.
Магия скопировала предыдущий Эйдос и перезаписала скопированный Эйдос поверх текущего. Это не ограничилось физическими свойствами Эйдоса. До тех пор пока Эйдос создан из Псионов, этот метод можно использовать для копирования и перезаписи.
Тацуя закачал незначительное количество Псионов в куклу и использовал скопированное заклинание лояльности, чтобы вновь соединить Паразита и куклу. Записанная последовательность магии была идеальной копией, так что, теоретически, кукла оставалась верной семье Кудо. Тем не менее порог совместимости Паразита не изменился — ему не доставало Псионов для того, чтобы двигаться.
Предположения Тацуи оказались верными. Получив минимальное количество Псионов, вместо того чтобы превратиться в смесь Псионов с Пушионами и улететь, Паразит, находясь в кукле, впал в спящий режим.
В вооруженной группе семьи Кудо, отправленной схватить Минами и Пикси, все были способны применять современную магию. Кинетическая сила в их распоряжении легко конкурировала с ракетными установками пехоты.