– Я тебя понимаю, – улыбнулся Антон.
– Даже при твоей профессии ты способен ценить прекрасное? – неожиданно спросила француженка, пронзив его холодным взглядом.
– Не понимаю, – пожал плечами Антон, – как раз писатель и способен ценить прекрасное, потому что он его описывает, он это представляет внутренним взором, ищет это в окружающем мире.
– Да? – Глаза француженки стали насмешливыми. – Ну, пусть будет так. Честно говоря, я плохо представляю себе работу писателя. – Неожиданно она схватила Антона за руку и воскликнула: – Смотри, какой дом, Антуан! Интересное архитектурное решение. Наверняка молодой специалист самовыражался. Давай сойдем здесь на берег!
Они пошли по набережной, потом вышли на параллельные улицы, где постоянно приходилось сталкиваться с другими пешеходами. Валери снова болтала, держа Антона под руку обеими руками и прижавшись к его плечу грудью. Вдруг она остановилась, взяла Антона за подбородок и повернула его лицо в сторону ближайшего дома:
– Зайдем сюда. Тут квартира одна… Там живет мой русский друг, который сейчас уехал во Францию. Он просил навестить ее, проверить… все ли в порядке.
Пока последние слова достигли сознания Антона, Валери уже подводила его к подъезду длинной девятиэтажки. Ее пальчики уверенно набрали код на пульте домофона, потом так же уверенно она свернула в сторону лифта в глубине площадки. Двери лифта призывно распахнулись, и женская рука властно подтолкнула Антона в спину.
Почти одновременно со звуком закрывающихся дверей Валери рывком повернула его к себе лицом и навалилась на него, прижимая спиной к стене. Еще миг, и он утонул в облаке ее светлых призывных глаз, погрузился во влажное небытие ее губ. Поцелуй был долгим, безумно страстным. Антон задыхался от возбуждения, мысли лихорадочно носились в голове. Они то бились о стену сознания и кричали прекратить это безумие, то шарили по стенам, искали пульт с кнопками, на котором, возможно, была и кнопка «стоп»… Но все кончилось мгновенно. Валери стояла в шаге от него, поправляя волосы перед зеркалом, двери кабины разъехались, открывая взору лестничную площадку этажа. Борясь с головокружением, Антон шагнул к выходу, мельком глянув на себя в зеркало. Ужас! Ну и физиономия! Глаза как у буйно помешанного, рот мокрый как у идиота, рубашка распахнута до пупа. Когда она успела ее расстегнуть? Вот стерва умелая!
Два ключа, извлеченные из клатча, быстро открыли дверь, и Антона завели в обширную квартиру-студию. Прихожая, выделенная только керамической плиткой на полу, плавно перетекала в большую комнату, залитую голубоватым солнечным светом, сочившимся через сложную драпировку штор. Левее, чуть приподнятая пандусом, размещалась кухня и столовая. Справа дверь, которая наверняка вела в санузел. Мебель легкая, на высоких ножках. Даже большой диван посреди комнаты, и тот возвышался над полом сантиметров на десять. Такой стиль создавал впечатление легкости интерьера, наполненности воздухом.
– Хочешь выпить? – спросила француженка, сбросив туфли и по-хозяйски расположившись на диване. – Советую красное вино. Оно придает силы и напора мужчинам, а женщин расковывает до состояния первозданной животной природы. Не хочешь?
– Я не очень люблю алкоголь, – ответил Антон, судорожно сглотнув и бегло оглядывая комнату.
Здесь вполне мог прятаться убийца. Нет, спрятаться негде, но ощущение, что это какая-то ловушка, все равно не отпускало.
– Я все-таки принесу нам по бокалу вина… – прошептала Валери и, поднявшись, пошла на кухню.
Антон поспешил за ней. Валерия открыла холодильник, зазвенела бутылками и проворчала:
– Странные вы люди, ну, кто же ставит вина в такой холод?
Эта оброненная фраза навела Антона на мысль, что Валери не единственная, кто пользуется этой квартирой, и ее тут не было те две или три недели, что она находилась в Москве. Странно. Француженка задумчиво осмотрела шкафчики на стене, а потом решительно отправилась в комнату. Мелодично звякнули дверки найденного под телевизором бара. Через несколько секунд она вернулась с бутылкой «Бодегас Осборн» в руках.
– Вот, ничего лучше не нашла. Это, конечно, не настоящий испанский херес, но все-таки. Откроешь?
– Я бы выпил чашечку кофе, – осторожно проговорил Антон, но Валери со стуком положила перед ним на стол штопор с боковыми рычагами. Пришлось сдаваться. – Ну, если ты настаиваешь…