«Какая ирония», — подумал он, завидев беленое здание. Скоро он будет расспрашивать горожан о Реве, а не о дочери. Похоже, у Ревы и Телии было кое-что общее — обе, сами того не зная, бежали от него. Хотя Рева-то могла бы сообразить: он ни за что не позволит ей отправиться на битву с Локастой в одиночку.
Он замер через дорогу от борделя и опустил сумку на землю, чтобы размяться. В такой ранний час зайти можно было лишь в несколько мест — едальни, галереи и лавки откроются только через час, так что оставались лишь постоялый двор и бордель.
— Привет! — бесстыдно крикнула нимфа из окна второго этажа.
Ох, черт. С его-то везением Рева, должно быть, ночевала в городе и выйдет как раз в тот момент, когда он будет любезничать с проституткой.
— Мне не нужна компания, спасибо, — крикнул он в ответ.
— Ты уверен, что я не могу…
Входная дверь распахнулась, и появилась миниатюрная блондинка. На ней было простое синее платье, уже не из гардероба Лангвидер. Озма.
— Ну, наконец-то, — прошептал он себе под нос. Но где же Рева?
Истинная правительница Оз долго смотрела на него через дорогу, прежде чем направиться к нему. Кроу словно прирос к месту. Если он шевельнется, не передумает ли она приближаться? Не убежит ли, чтобы предупредить Реву, что их нашли?
— Доброе утро, — бодро сказала Озма. Она остановилась перед ним и встретилась с ним взглядом. — Долго же ты добирался.
Он не был уверен, обвинение ли это.
— Прошу прощения?
Озма нервно теребила юбку.
— Я… я не должна с тобой разговаривать.
— Это еще почему? — спросил он, будто не зная ответа.
— Рева не хочет, чтобы ты шел с ней на Север. — Она опустила взгляд в землю. — Я знала, что ты идешь за нами, поэтому притворилась, что ухожу первой по своим делам. Я осталась, чтобы перехватить тебя, хотя…
Кроу ждал продолжения, но между ними повисла тишина. Сердце его сжалось — Рева была её подругой. Они вместе выжили в каком-то мрачном месте. И теперь она предавала ту связь, что между ними возникла.
— Я просто хочу защитить её, — заверил он Озму. — Реве не одолеть Локасту в одиночку.
Озма кивнула.
— Поэтому я и осталась. Мы через слишком многое прошли, чтобы она так безрассудно дала себя убить.
Кроу проглотил дюжину вопросов о том, через что именно они прошли. Где они были? Какая Рева теперь? Прошли десятилетия…
— Она пошла туда. — Озма указала вдоль желтой кирпичной дороги. — Если поспешишь, нагонишь её к полудню.
Кроу подхватил сумку и быстро закинул её за спину. От резкого движения маска соскользнула с макушки и закрыла лицо.
— Спасибо, — выпалил он. — Правда. Спасибо тебе.
— Не благодари. — Голос Озмы звучал растерянно, но решительно. — Просто сохрани ей жизнь.
— Даю слово. — Он поднес её руку к губам и поцеловал костяшки пальцев. А затем с новыми силами бросился вдогонку за Ревой.
Кроу не сбавлял темпа до тех пор, пока, наконец, мельком не увидел Реву. Пульс тут же участился. Она сменила розовый наряд на тунику с черным кружевом и кожаные штаны. Вид её в любимом цвете вызвал у Кроу прилив ностальгии. Тело так и подмывало выйти из переулка и подойти к ней. Он скучал по временам, когда они ходили плечом к плечу: спорили, касались друг друга, смеялись и снова касались.
Но это совсем не было похоже на старые времена. Он сделает всё возможное, чтобы вернуть то, что было, когда она любила его, но сначала нужно набраться смелости и заговорить.
Она склонилась у реки, зачерпывая воду ладонями. Солнце палило, лаская её длинные волосы и заставляя воду за спиной искриться. Она выглядела такой волшебной. Смертоносной и прекрасной. Как ему вообще так повезло — завоевать сердце такой женщины?
Притянутый её присутствием, Кроу сошел с раскрошившейся желтой кирпичной дороги. Под ногой хрустнула ветка, и он поморщился. Рева нападет, если подумает, что кто-то подкрадывается. Он прочистил горло, чтобы окликнуть её, но в последний момент остановился. Окликнешь — она может сбежать. Нападешь — она окажется прямо перед тобой. И, возможно, это поможет ей выплеснуть часть ярости, которую она явно на него затаила.
Прежде чем он успел принять решение, по лесу разнесся другой, более громкий треск. Сначала Кроу подумал, что сам наступил на целую груду хвороста. Но затем последовал крик Ревы. Лезвия Кроу выскочили из-под наручей, выгнувшись над ладонями подобно когтям — он был готов прикончить любого опасного фейри, угрожающего ей.
Но то, что он увидел, заставило его застыть. Рева висела на дереве в огромной железной сети. Первым порывом было броситься и спасти её, как бы она это ни возненавидела, но он убрал клинки, тихо хмыкнув. Унизительность ситуации, должно быть, сводила её с ума.