Рева расслабилась в его руках, отвечая на поцелуй, но лишь на мгновение.
— Всё, хватит, — пробормотала она, коснувшись его щеки, прежде чем отстраниться. — Мне нужно найти корсет и рубашку, а потом убираемся отсюда.
— Уверен, у нас есть еще пара минут, — пожаловался Кроу, лишившись её тепла.
— Когда это у тебя что-то длилось всего пару минут? Ага! Нашла! — Она выхватила одежду с пола прямо у него над головой.
— Ты уверена, что хочешь это надевать? Я бы не возражал, если бы ты осталась так, — подмигнул он.
— Ты невыносим. — Она ухмыльнулась и быстро натянула вещи. — Одевайся. Стебли расступились, и мы теряем световой день. Не хочу застрять в кукурузном поле без укрытия.
Мысль о еще одной ночи в его личном аду заставила Кроу содрогнуться. Он быстро оделся и закинул рюкзак на плечо. В других обстоятельствах он бы настоял на завтраке, но сейчас сомневался, что сможет проглотить хоть кусок.
— Готов? — спросила Рева.
Кроу замер, глядя в окно, свободное от зарослей. Это означало только одно…
— Снаружи ждет новое пугало.
— Будем надеяться, оно крепко прибито к столбу, — пробормотала Рева.
Она глубоко вдохнула и рванула дверь на себя. Кроу последовал за ней, отчаянно стараясь не смотреть на свой старый столб. Но взгляд всё равно предательски метнулся туда.
На столбе неподвижно висело новое пугало. У мужчины были ярко-рыжие волосы, эльфийские уши и застывшее на лице выражение ужаса. Поношенная вязаная одежда висела на его слишком худом теле. На первый взгляд казалось, что это просто набитая соломой ткань, но приглушенные всхлипы были неоспоримо реальными. Это зрелище ранило и без того измученную душу Кроу. Десять лет назад это был он. Ему не повезло так, как Баован сит, которая каким-то образом сумела освободиться. Он занял его место. Каждый палящий луч солнца будет жечь его, каждый дождь или ледяная корка будут падать на него. И он будет это чувствовать.
Однако они ничем не могли помочь несчастному фейри. Не сейчас. Потребовалось бы слишком много времени, чтобы понять, как снять его личное проклятие. И даже если бы им это удалось, завтра на столбе появилась бы новая душа, пока Локаста жива.
— Когда покончим с Локастой, мы вернемся, — сказал Кроу больше самому себе, чем Реве. Он хотел убедиться, что её смерть освободит поле.
Рева переплела свои пальцы с его и крепко сжала руку.
— Идем, я выведу тебя отсюда.
Кроу кивнул и сорвался почти на бег. Он хотел вон отсюда, и каждая секунда была на счету. В голове гудело. Поле словно пыталось снова стереть его мысли, но он изо всех сил концентрировался на ощущении руки Ревы в своей руке. Она была его якорем. Его связью с реальностью. Он всё еще чувствовал вкус её губ. Призрачные прикосновения там, где она ласкала его ночью, заставляли его тело отзываться дрожью даже на самый легкий ветерок.
Они пробирались сквозь заросли всё утро и часть дня без отдыха. Он старался смотреть только вперед, на тропу, но боковым зрением то и дело ловил белизну костей. Остановились они лишь раз, чтобы достать из рюкзаков остатки еды. Пища из сарая, вынесенная за его пределы, потеряла вкус, но она всё еще насыщала.
Наконец, когда сумерки окрасили небо в густо-розовый цвет, они вышли из кукурузного поля. Кроу жадно вдохнул воздух, как только его подошвы коснулись зеленой травы. От вони поля его едва не выворачивало, но теперь это было неважно. Они вышли. Поле осталось позади. На обратном пути с Севера они выберут совершенно другой маршрут.
Сделав еще несколько шатких шагов, Кроу упал на колени и закрыл глаза. Тело била дрожь от усталости, а разум ликовал от долгожданной свободы. Он всё еще чувствовал злобу полевого проклятия глубоко в костях. Оно хотело вернуть его, хотело, чтобы он остался. Почти требовало этого. Но он больше никогда по своей воле не станет его пленником.
Шаги Ревы затихли перед ним. Не открывая глаз, он потянулся к ней, обхватил её руками за талию и уткнулся лицом в живот. Её пальцы несколько минут нежно перебирали его волосы, успокаивая, а затем она приподняла его голову за подбородок.
— Оно позади, — сказала она. — Идем дальше.
«Идем дальше». Она была права — оставалось только двигаться вперед, и чем дальше они уйдут, тем легче ему станет. Кроу кивнул и поднялся на ноги. Впереди возвышалась гора Короля Гномов. Над каменистым пиком висело красное марево. За годы путешествий фейри к Подземному городу у подножия протоптали отчетливую тропу. Тоннели прорезали скалы насквозь и в итоге выводили на поляну, окруженную горными стенами. Именно там гномы построили свой город, но в самих тоннелях они хранили свои сокровища. Кроу знал это, потому что годами раньше обыскивал их, тщательно составляя карту в попытках найти Камень. На этот раз он не собирался действовать так скрытно.