— Хотя ходят слухи…
— Цыц! — прервал мелкого гнома старейшина.
— Пусть говорит, пожалуйста, — попросила Арианна и поцеловала старейшину в щёку, — мне очень хочется послушать.
Тот, кажется, чуть порозовел.
— Ладно, — махнул рукой Мульфкинс, — говори, Светлячок.
Светлячок тут же и подскочил к Арианне и доверчиво заглянул ей в глаза. А потом, приободрившись, сказал:
— Ходили слухи, что нынешняя аристократия и мечтать-то по-настоящему не умеет.
Все ахнули.
Соул за спиной Ксандера изогнул бровь. Нод согласно кивнул. А Мист подобрался поближе и шастал между гномами, вглядываясь в лицо каждого.
— Говорят, они туда заходят, и ничего не происходит.
На этот раз воцарилась умудрённая тишина.
— Или вот ещё, — вступился вдруг другой гном чуть повыше, с красными башмаками и полосатыми гольфами. На шляпе у него звякнули два золотых бубенчика. — Это, конечно, и сказки могут быть, но говорят, ровно сто лет назад, когда произошло Великое Сотрясение, в Зал Сердца проникло нечто. Тогда туда ещё пустили Мафкина рыжего, вымыть пол. Он уже тогда дряхлый был. А ещё туда приставили ардов, что б к Сердцу его не пустить…
— Великое Сотрясение? — спросила Арианна. — Что это такое?
— Хм. — Рисмус призадумавшись, потёр подбородок. — Помнится, в архивах встречал что-то такое. Тогда, кажется. Сотряслись Дворы.
— И гасли кругом фонари, — добавил Ламиил еле слышно, — я тоже слышал.
— Да, — подтвердил долговязый гном. Земля содрогнулась и погасли фонари, и костры, и свечи. И Мафкин говорил, хотя он уже тогда с трудом видел и передвигался, что что-то очень тёмное вдруг ворвалось в Зал Сердца.
— И что это было? — Арианна аж подалась вперёд. Глаза так и заискрились от любопытства.
— Видение, мираж, кто знает, — последовал ответ. — А может и нет, только эта темнота когда проносилась мимо задела Сердце и оно вспыхнуло…
— Чем? — Казалось, ещё секунда, и она вцепится в гнома и затрясёт. Ксандер на всякий случай подобрался поближе. Что он, в самом деле, с ведьминским темпераментом не сталкивался. Ага, как же!
— Мафкин так и не понял. Сначала его ослепила темнота. А потом, не уверен, может, там, в темноте и не шевелилось что-то.
— А Мафкин, он жив?
— Что вы, ясная дева, недавно скончался, и девяносто лет не прошло.
— Люблю сказки, — Ксандер поднял голову и увидел кота, устроившегося недалеко. Ладно, позже. С ним он разберётся потом.
— Сам бы сочинял, — заметил кот, — но тут интереснее.
— Что я и говорил! — Хмыкнул Нод. — Всё что ни делают аристократы, всё у них дрянь. Вечно всё портят, грязь разводят. Удавил бы!
Почтенное сопротивление согласно кивнуло.
— Это точно, — фыркнул Маар.
— Ага, кто аристократом родился — из них уже гадость не вытравишь. Все они пиявки. Без обид. Я не о вампирах в целом.
— Ничего, — сказал Ксандер. — И потому, раз мы уже разоб…
— Но вы хотели что-то, — вдруг сказала Истрия. — Что-то сделать, время пришло?
— Да! — загудели гномы.
— Да тихо вы! — Рявкнул Ксандер и гномы мигом притихли.
— Мы услышали голос. — После некоторой паузы продолжил старейшина, — его величество сказал, что пора действовать. Ещё когда он был маленьким, он играл с нами и пакостил долговязым псам.
— Это он об ардах, — шепнул Рисмус Маару.
— Его величество и не думал задирать нос, пугать нас хлопками или пятнать башмаки. Нет, он учился у нас всякому мастерству и даже помогал. Он рассказал нам, что это неправильно, прятать Сердце Ардана ото всех. Им никто не имеет право владеть. И мы поняли, что он прав. Сердце не принадлежит властям. Оно чистое и свободное. И тогда его величество пообещал повести нас в атаку на Дворы Чудес и освободить их. И все эти годы мы готовились и ждали.
Ксандер аж присвистнул. Заметил взгляд Арианны и сделал лицо попроще.
— Так вы говорили, всё это время…
— Да, — отозвались шёпотом гномы.
— Ну и ну, — протянул Нод.
— Время пришло, ты позвал нас, — изрёк старейшина и уставился пристально в глаза Ксандера. Тот взгляд выдержал и улыбнулся явно себе на уме.